Подготовка первой торговой операции
14 апреля.
Из Москвы по сельдям все еще нет ответа. Послала Красину настойчивую шифровку.
Была у Мишеле, говорили о возможности норкредита {Норвежский кредит. — Прим. ред.} на закупку сельдей. Мишеле со мной суше и формальнее, чем Мовин-кель. Он боится каждого лишнего слова. Ни на один вопрос не отвечает четко, все кругом да около.
Из Наркоминдела директива "заинтересовать" Норвегию в нашей сельскохозяйственной выставке, которая откроется в Москве. Зондирую, но чувствую, что норвежцы своих экспонатов не пошлют, времена тяжелые и проч. Просто в нашу покупательную способность они не верят: "Купите сельди, тогда поговорим и о выставке".
Была у нового министра торговли Рю Хольмбо. Он из северной части Норвегии, Финмаркена, делает дела по рыбе и в нас заинтересован. Небольшого роста, крепко скроенный, с твердым и упрямым лицом северянина. Принял меня строго на деловой почве, без любезных фраз лисицы Мишеле. Он мне понравился. С ним будет легче вести дела и легче договариваться, чем с Мишеле, при всем его чудесном французском говоре. С Рю Хольмбо говорила по-норвежски, деловой разговор идет легко, а любезности еще не сразу подбираю.
В Москве недоучитывают, что рыботорговцы здесь влиятельная политическая группа. Надо же наконец дать самим себе ответ: нужна нам дружба Норвегии и наше признание или это не нужно. Если Норвегия нужна, то пора начать практическую работу здесь. Купим сельдь сейчас, не откладывая, и вся обстановка изменится к лучшему. Без сельдей не видать нам признания в этом году.
Процесс Тихона и ксендза Буткевича используется не только правыми, но и либеральными газетами.
Свободное копирование
