Работа
Встаем мы в пять утра, вылезаем из своих продавленных постелей, едим, собираемся, к семи часам грузимся в нашу "Тойоту" и, не спеша, тащимся с одного конца, этого забытого Богом городишки, на другой. Мимо нищего рынка, где торговцы раскладывают на кусках мешковины кучки арахиса и сушеной маниоки, а женщины, зевая, расставляют на пыльной красноватой земле свои тазы со свежеиспеченными желтоватыми веретенами хлеба, мимо облупленного здания суда, мимо новенькой мечети, мимо странной христианской церкви, мимо остова водонапорной башни, построенной португалами ... мимо... мимо... Наконец, объехав все ухабы и участки частично замощенные кирпичом, сразу за памятником в виде раскрытой книги - конституции, на страницах которой изображены автомат калашникова и мотыга на фоне шестеренки, мы поворачиваем на право. На дорогу ведущую к морю... Раньше это была эвкалиптовая аллея. Теперь, о ней напоминают единичные деревья на обочинах с желтовато-серыми скрученными стволами толщиной в два обхвата, серые обугленные фрагменты стволов их собратьев, местами торчащие из травы и запах... Аллея пахнет эвкалиптом. Теплый неподвижный воздух за ночь пропитывается эфирными маслами, и аллея встречает нас терпким эвкалиптовым благоуханием. Колонизаторы - сажали. Черные - вырубают.
Эта аллея не прибавит мне любви к Африке.
Дальше - еще минут десять рулежки по дюнам, заросшим редкой травой. Опять мимо. Мимо остова португальской фермы, мимо круглого скелета силосной башни, заросшего кустарником, мимо миниатюрных рисовых полей и согнутых фигур черных женщин, сажающих или пропалывающих этот рис и мы у буровой. Вылезаем, выкладываем инвентарь - пачку тазов для сбора проб, большое зеленое ведро со всякой всячиной для документации скважин, коробку с прозрачными пластиковыми трубками - лайнерами, буровой инструмент, воду и прочие мелочи. Бурмастер встает за рычаги, черная команда скапливается неподалеку, приготовившись мыть, подавать, крутить и пр., а я со своей посудой присаживаюсь в тень машины - чего стоять, в ногах правды нет, еще целый день впереди. С поворотом ключа раздается сытый рык дизеля. Команда суетиться, подтаскивая необходимый комплект труб. Грохот гидромолотка, сопровождает погружение бурового снаряда в грунт. Стоп - заданная глубина. Сейчас - три метра. Вытаскиваем сердечник и забиваемся еще на метр - на длину пробы. Где-то там, в глубине, грунт заполняет лайнер. Подъем. Команда отвинчивает сегменты по одному и складывает на стойку. Вот и "лидер" - самая первая труба, внутри которой и содержится заветная колоночка, в данном случае - песка. Заветный керн, ради которого столько шума производится. Лидер - в струбцину. Коронку отвинтить. Вот вместе с коронкой идет и клапан - белая нарезная пластиковая полусфера, которая не дает керну выпадать, а за ним и лайнер. Это уже моя работа - лайнер отсоединить, рулеткой померить длину керна, описать разрез, занести описание в журнал документации и материал, полученный с проходки, вытрясти из лайнера и упаковать в пластиковый пакет с номером. Все. Дальше все повторяется. Для каждой пробы - все заново. Для каждой пробы - новая скважина. Максимум десять- двенадцать проб (метров( в смену или около восьмидесяти метров бурения. Неоднозначно, но по- другому никак. Солнце нас не жалеет. Легкий ветерок спасает.
Мы лезем вглубь, надеясь получить дополнение к тому, что лежит сверху - пласту тяжелых минералов, который накрывает участок черным плащом. Однако как-то не получается. Мы поднимаем керн метр за метром, пневмомолоток трещит, дизель монотонно ревет. Очередная труба лезет из скважины. Но... Песок. Песок с обломками ракуши, гравийник, опять песок... На двенадцатом метре из лайнера выползает рыжая колбаса глины видом и консистенцией вызывающая у всех совершенно одинаковые ассоциации... Все. Это плотИк. Это глины коры выветривания по коренным породам, подстилающим пески. Скважина завершена. Пусто. Мы собираем инструмент, складываем его на рабочую стойку, цепляем стойку отвалом буровой и вся команда отправляется на следующую точку. Сто метров. Впереди иду я с зеленым ведром - выбираю дорогу, следом - бурмастер, рядом с ним, на оранжевом шнурке выносного пульта управления, ползет буровая, взревывая на подъемах и гребя песок своими резиновыми гусеницами, следом остальная команда - два помбура и машина...
И на новой точке опять: инструмент разложить, снаряд собрать и ждать. Ждать, когда прервется грохот пневмомолотка и труба полезет из земли, под довольное урчание дизеля, неся с собой надежду, удачу или вовсе наоборот...
Свободное копирование
