4.2. Освоение новых горизонтов.
Кризисная ситуация 1998 г. привела к спаду настроений в НПО "Турбина". Количество заказов снизилось, сотрудники не хотели помогать в поисках новых клиентов, некоторые уволились и пошли работать в государственные организации. В ноябре 1998 г. мне позвонила секретарша Генерального директора московского ФГУП ММПП "Салют" и пригласила на переговоры. "Салют" был на подъеме, поставлял авиадвигатели в Китай по прямым валютным заказам, на заводе были организованы собственные банк и страховая компания. На встрече Гендиректор серийного завода авиадвигателей задал мне вопрос: "Можно ли сегодня организовать конструкторское бюро для новых разработок при заводе?" Ему надоел непрерывный рэкет независимых ОКБ, которые вместо помощи заводу в реализации изделий постоянно требовали денег за устранение собственных недоработок. Когда я ответил на вопрос положительно, директор засыпал меня вопросами. "А вот говорят, что нельзя, говорят, что понадобится 10 лет, говорят, что специалистов не осталось..." и др. Я ответил, что нужна воля руководства, некоторое количество свободных финансов, отремонтированное помещение и через полгода КБ начнет работать.
Директор немедленно повел меня на территорию, где показал огромное отремонтированное помещение "open space" примерно на 200 чел. конструкторов, в котором уже настилали полы пробковыми шумоглушащими плитками. Я взял неделю на подготовку бумаг по потребностям будущего КБПР (конструкторского бюро перспективных разработок) и включил воображение на максимум.
Наутро в офисе я известил сотрудников о том, что ухожу из НПО и готов взять с собой всех желающих работать в государственной компании. На тот момент из "пикового количества" 60 человек в "Турбине оставалось 40 сотрудников, из которых примерно 25 выразили желание перейти на новую работу. Остальные продолжили работу в "Турбине" под руководством моего партнера, который отказался от перехода.
На "Салюте" мне оформили позицию начальника КБПР / зам. Главного конструктора и дали для контактов Главного конструктора СКО (серийного конструкторского отдела), с которым я советовался по заводским процедурам и оформлению различных бумаг. Сформировали ведомости по закупке мебели и компьютеров для коллектива, набросали примерный штат сотрудников по специальностям, учли приходящих из "Турбины" и начали приемную кампанию, ориентируясь на молодых специалистов. Для начала я определил своих заместителей по четырем базовым направлениям: конструкция, расчеты, система автоматического управления (САУ) и испытания, перепоручив им вопросы по тематике. Затем пришлось просмотреть огромное количество кандидатов, которых на меня обрушил отдел кадров завода. Шквал звонков объяснялся еще тем, что кадровики поместили на три месяца объявление в "Вечерней Москве" (тогда очень популярная газета) с указанием моего домашнего (!) номера телефона.
Амбиции руководства "Салюта" были в значительной степени вынужденными, поскольку партнерское ОКБ постоянно требовало деньги с завода в части так называемого "авторского надзора" (эвфемизм советских времен, когда Разработчик устраняет свои недоделки за счет Заказчика). Для государства организация нового КБПР была нелогична при наличии пяти основных ОКБ (сегодня за рубежом их четыре на весь мир). Однако создание КБПР послужило определенной встряской (смотри ниже), пройдя путь от насмешек в начале, к недоумению (выдача замечаний по проекту партнеров), далее к удивлению, при показе современных методов и качества работы на модернизации программы АЛ31 и к прямой обиде коллег (когда на "Салют" ушел "китайский" контракт).
Свободное копирование
