Клавдия через день уехала к отцу. А я прожила у Семёновых дня четыре. Но сиди- не сиди ехать дальше мне надо, а денег нет. Долго я колебалась, тяжело мне было невероятно, но, наконец, я решилась и обратилась к судье: "Гаврила Александрович, мне надо ехать дальше, я хотела найти на базаре попутчика, но у меня нет денег". "Ах ты, чудачка, почему же ты мне раньше не сказала, я бы уж давно тебя отправил. Я ведь думал, ты погостишь у нас: Паша так полюбила тебя. Куда тебе ехать?"
"Да я бы хотела доехать до Усятска, там священником дядя Веня Бельский", - сказала я.
"Хорошо, но ты, конечно, поедешь не с попутчиком. Я найму тебе ямщика, а денег не надо".
Утром часов в 12 подъезжает к дому пара лошадей с колокольчиком. Распрощалась я со своими новыми друзьями. Паша взяла мой сундучок и поставила в экипаж, уселась я в кошёвку и покатила под звон колокольчика в Усятск.
От Бийска до Усятска около 40 вёрст. Пара бежала резво, и приехали мы засветло. Подъехали к воротам усадьбы священника. Ямщик открыл ворота и завёл лошадей. На звон колокольчика из дома выскочили дядя Веня и тётя Соня. Дядя Веня даже глазам своим не поверил. "Ба!" - воскликнул он, - "да это Нина Лукишна, глаза простокишны! (так он маленькую меня, шутя, дразнил) Откуда это ты, да ещё и с таким шиком?".
Зашли в дом. Ямщик дал лошадям отдохнуть, покормил их овсом, поужинал сам и в ночь укатил обратно.
Дядя Веня и тётя Соня встретили меня приветливо, с участием. Я сказала им, что еду в Макарьевск к дяде Сергею и там уже должна быть моя мама. Они сообщили, что через Усятск мать не проезжала, но предположили, что она могла проехать по правому берегу Бии через Новиково. Мне стало тревожно, сердце у меня заныло от такой неопределённости.
На следующий день я сходила в гости к тёте Клавдии (старшая сестра тёти Фины), пробыла у неё день, и она не пустила меня к Бельским и оставила ночевать. Я помнила, что тётя Клавдия раньше жила в доме дедушки Андрея, а теперь после смерти родителей она жила в маленькой бедной комнатушке у крестьянина на квартире. Она была рада мне. В её одинокой жизни каждый гость был редким развлечением. Она угощала меня жареными семечками и своими знаменитыми медовыми коржиками.
Тётя Клавдия была знаменитой прославленной кулинаркой. Её приглашали готовить печенья на свадьбы и другие семейные торжества. Судьба Тёти Клавдии всегда почти до слёз волновала меня. Жена священника, она рано овдовела и растила сына, который тоже стал священником. Когда началась война с Германией, сын тёти Клавдии о. Пантелеимон Пакулев добровольно ушёл на фронт полковым священником, оставив мать, молодую жену и сына. Там, на войне, в одном из боёв он и погиб. Ребёнок его умер. Жена вышла замуж, и тётя Клавдия одиноко и бедно доживала свою жизнь.
Как ни хорошо, как ни тепло душевно мне у этих добрых людей, мне надо было ехать дальше. Дядя Веня и тётя Клавдия сложились и наняли мне ямщика. И вот, распростившись с друзьями, я села в кошевку, запряжённую одной лошадью, мужик сел на облучок, и, терзаемая глухой тоской, неизвестностью и недобрым предчувствием, я покатила в Макарьевск.
Свободное копирование
