25 июля Кеннеди в своем обращении по телевидению к американскому народу заявил, что, если нужно, США не остановятся перед войной, чтобы защитить Западный Берлин. Одновременно Кеннеди приказал в три раза увеличить набор в вооруженные силы, призвать на действительную службу 250 000 резервистов, прекратить вывод из строя устаревающих военно-морских кораблей и самолетов, а также увеличить военный бюджет на 6 миллиардов долларов. Американские войска направлялись в Западную Германию. В США фактически была объявлена частичная мобилизация. Население было охвачена военным психозом, состоятельные американцы начали строить индивидуальные бомбоубежища.
30 августа власти ГДР возвели стену, разделившую Берлин на две части.
1 сентября после трехлетнего моратория Советский Союз начал взрывать на Новой Земле в атмосфере водородные бомбы, мощностью более 50 мегатонн. В эти дни советник посольства Норвегии в Вашингтоне сказал мне: «При взрыве каждой вашей многомегатонной ядерной бомбы у обитателей Белого Дома на мгновенье темнеет в глазах».
В ответ 12 сентября американцы также возобновили взрывы ядерного оружия.
Напряженность в отношениях между США и СССР из-за Западного Берлина возрастала. Хрущев, осознав опасность возникновения военного конфликта, предпринял следующий маневр. В состав возглавляемой Громыко советской делегации на Генеральную ассамблею ООН он включил председателя Всесоюзного комитета по телевидению и радиовещанию М. А. Харламова, установившего в Вене знакомство с пресс-секретарем американского президента Пьером Селлинджером. Президент Кеннеди прибыл 22 сентября в Нью-Йорк, чтобы произнести речь в ООН. В этот же день советник советского посольства Г. Большаков попросил Сэллинджера срочно встретиться с ним. На встречу пришел и Харламов, первыми словами которого были: «Буря над Западным Берлином прекратилась».
Далее он сообщил, что Хрущев во имя сохранения мира хочет снова попытаться найти компромиссное решение по берлинскому вопросу. Он готов в ближайшее время провести еще одну встречу с президентом. Хрущев надеется, что выступление Кеннеди на Генеральной ассамблее не будет таким воинственным, как речь 25 июля.
В тот же вечер, после консультации по телефону с госсекретарем Дином Раском, Кеннеди подготовил записку с вежливым ответом Хрущеву и поручил Селлинджеру зачитать ее Харламову. В ответе сообщалось, что президент приветствует стремление советского лидера снова попытаться найти решение по Западному Берлину. Далее напоминалось, что обеим сторонам нужно выполнить на практике прежнюю договоренность о прекращении военных действий в Лаосе и создании там нейтрального правительства.
Установленный секретный канал связи между Кеннеди и Хрущевым через Большакова и Селлинджера (иногда его заменял Роберт Кеннеди) действовал до гибели президента в ноябре 1963 г. Через него была достигнута договоренность о том, что Алексей Аджубей, зять Хрущева, возьмет интервью у президента Кеннеди и опубликует его в газете «Известия». Это было сделано в ноябре. По приглашению Аджубея Селлинджер в июне 1962 г. совершил поездку в Москву. Хрущевский зять беседовал с Кеннеди в Белом Доме, а заокеанский пресс-секретарь встретился с Хрущевым в Москве. Они обсуждали проблемы Западного Берлина и Германии. Американская сторона впервые подняла вопрос о необходимости запрещения ядерных испытаний в атмосфере, в космосе и под водой.
Посол Добрынин знал о секретном канале и был недоволен. Он хотел, чтобы все контакты с Белым домом осуществлялись только через него.
Свободное копирование
