А тут подошёл день, когда я должен был сниматься с временного учёта в военкомате. Сказал Ане, чтобы она отпросилась с работы. Но отпустили её лишь на второй день, поэтому пошли мы уже на одиннадцатые сутки после моей отметки о начале отпуска. Но я не волновался, время в запасе ещё было.
День был чудесный. Мы шли и радовались солнцу (в последнее время-то встречались лишь в тёмное время суток). В Талицу шли не по дороге, а через тот самый лес, который нас сблизил. Через некоторое время я услышал, как Аня насвистывает как-то знакомый мотивчик и сразу понял, что от меня требуется. Заглянул в её хитрые карие глазки.
– Я готов, как пионер! – отрапортовал я. И дальше всё было по знакомому сценарию.
Пришли в военкомат. Я занял очередь, передо мной было человека четыре. Минут через двадцать подошла моя очередь, я зашёл в кабинет, поприветствовал капитана. Он посмотрел мои бумаги и спросил:
– Вы не опоздаете вернуться в свою часть?
– Никак нет. У меня в запасе ещё целый день.
– Когда собираетесь уезжать?
– Сегодня вечером.
Мне поставили штамп со временем убытия на нужном документе. Перед обратной дорогой мы с Аней решили зайти в знакомое нам кафе. Заказали там хороший обед и бутылку вина – того самого, которое брали одиннадцать дней назад, и которое так подняло нам тогда настроение. Не спеша пообедав, мы пошли в сторону дома, где ждал нас наш «знаменитый» лес. Мы решили там отдохнуть. А после любовного сеанса, чтобы не захотелось спать, решили искупаться, благо река была поблизости, метрах в ста. Мы подошли к берегу реки, и с огорчением увидели, что для купания место неподходящее, берег был высоким и крутым. Мы пошли вдоль реки в сторону Луговой и всё-таки нашли некое подобие пляжа. Здесь мы искупались и позагорали. Этот день мы уже использовали сполна и решили вечер и ночь провести каждый у себя дома. С Аней я простился около её дома ещё засветло – день-то в июне ого-го какой длинный.
Когда пришёл домой, то мне первым делом предложили помыться и попариться в бане. Пока я мылся, Иван Гаврилович организовал застолье «С лёгким паром». Мы с ним немного выпили, покушали. Тут я, наконец-то, вспомнил, где и когда его встречал раньше.
В первый год жизни в этом крае меня, четырнадцатилетнего паренька послали в помощь горбуновскому трактористу, который помогал нашему колхозу вспахать какое-то большое поле. Гусеничный трактор с кабиной я тогда видел впервые. Моей обязанностью было набирать воду из находящегося неподалёку болота в ведро кружкой и подносить её трактористу. Тот пахал один, но, сделав круг, его трактору нужна была вода. Радиатор был неисправен, и вода из него постоянно вытекала. Сам я ростом был мал, поэтому трактористу приходилось вылезать из кабины и самому заливать воду. Между делом я поинтересовался:
– Как называется этот трактор?
– «Натик», – ответил он. Этим трактористом и был Иван Гаврилович. Я напомнил ему этот случай. Он сказал, что тоже помнит мальчишку, который набирал ему воду. Но только никак не может поверить, что тем пареньком был я.
Свободное копирование
