Последние события 1952 года - 1

Глава 55. ПОСЛЕДНИЕ СОБЫТИЯ 1952 ГОДА

В тот день, когда мы пришли из дома отдыха, «сорока на хвосте» принесла новость – началась демобилизация отслуживших три и более года. Увольнение в запас планировалось проводить постепенно, в течение месяца, а то и двух. Назавтра стало известно, что первым отправится домой Афонин. Этому никто не удивился, решив, что таким образом начальник заставы постарался побыстрее избавиться от соперника, к которому была неравнодушна его жена.

Началась спешная подготовка к прощальному вечеру. В ней принимали активное участие старшина и каптенармус Облётов, которые не жалели продуктов. Старослужащие, подлежащие демобилизации, были освобождены в эти сутки от нарядов. После боевого расчёта все они, взбудораженные, пришли в столовую. За столом собралось шесть человек. Начальника не было – он отправлял наряды на границу, а затем поступила шифровка, которую ему пришлось раскодировать.

Скоро застолье стало шумно-возбуждённым, было понятно, что там не обошлось без спиртного. Достать выпивку было не сложно. Грузинскую чачу можно было купить за деньги или обменять у кочевников на продукты – сгущённое молоко, консервы и т.п. Можно было заказать спиртное тем, кто бывал в комендатуре или штабе части в Ахалцихе – у нас это были кавалеристы, сопровождавшие начальника заставы, иногда его заместителя или старшину.

В разгар веселья в столовую вдруг зашла Нина. Шум сразу замолк. Пригласили её за стол. Она не отказалась, значит, знала, что сегодня провожают Владимира Афонина. Предложила ему:

– Володя, давай споём на прощание.

– Один момент, – встрепенулся он. – Сейчас схожу за гармошкой.

Когда он вернулся, запели весёлые песни, а затем и грустные – прощальные. И вдруг у Нины потекли слёзы, как она ни старалась их сдерживать. Она резко встала, второпях попрощалась со всеми. Рука Владимира задержалась в её ладошках дольше других. Было заметно, что они оба переживают. Отпустив, наконец, его руку, Нина повернулась и ушла из столовой – и из его жизни.

Утром следующего дня я рано отправился в наряд и не видел, когда ушёл Афонин. За всё время нашей совместной службы мне ни разу не довелось сходить с ним в наряд. Я и общался-то с ним всего пару раз, когда предлагал себя в качестве тренировочной «куклы» для служебных собак.

Остальные демобилизовались по составленному кем-то списку в течение месяца – тихо, бесшумно. После ухода Афонина на заставе не осталось ни гармониста, ни певца.