Осенью морозы сковали землю. Трактора и другую сельхозтехнику мы отогнали в МТС, после чего стали относительно свободными людьми. Мы с мамой решили, что этой зимой мне надо съездить на малую родину, в Кваку, продать там что-нибудь из нашей недвижимости, желательно всё. Да и хотелось показать своим землякам, что мы не напрасно уехали за тридевять земель.
Для поездки я постарался одеться поприличнее. Увы, незадолго до поездки в парикмахерской по недоразумению сбрил недавно пробившиеся у меня чёрные усики. А ведь кубанские казаки в основном носят усы! Кубанку на голову-то я одел, а вот усов уже не было…
Отправился я скорым поездом в плацкартном вагоне со станции Поклевской. За пятнадцать часов доехал до Балезино. Там погостил сутки у родственников, и айда пешком до деревни Квака. Поселился у тёти Наташи, рассказав ей о цели своего визита. Молва разнеслась довольно быстро. Уже на другой день стали приходить визитёры-покупатели. Некоторые хотели купить только хлев, иные – двухэтажный амбар. Отдельные постройки можно разобрать, перевезти на новое место и заново собрать. Но мне хотелось продать всё комплектом.
На третий день пришла женщина лет сорока пяти и поинтересовалась ценой на всю усадьбу.
– Две тысячи пятьсот, – ответил я наугад. Женщину я узнал сразу, это была мать Виктора, с которым мы ездили на «смотрины» в Перванову.
– У меня нет таких денег, – ответила она.
– А сколько вы можете дать?
– Полторы тысячи максимум.
– Нет, это слишком мало, за такую цену не продаётся, – рискуя не продать ничего, сказал я. Она задумалась и переспросила:
– А за сколько всё-таки продашь?
– Никак не меньше двух.
Я чувствовал, что ей нужна наша усадьба, но и платить много денег ей не хотелось. Видимо, она покупала жильё для Виктора. Тогда, после продолжительной паузы, я напомнил ей о долге в двести рублей, которые у меня взял Виктор более двух лет назад. Уж не знаю, это ли её убедило или что-то другое, но в конце концов она согласилась на две тысячи, и мы «ударили по рукам». И лишь после этого пошли смотреть на нашу уже бывшую усадьбу. Всё было занесено снегом. Двери были закрыты и заколочены досками. Даже окна дома были все целы. В огороде маячила баня, но мы к ней не пошли, так как было хорошо видно, что она в целости и сохранности.
После этого покупательница пригласила меня зайти к ним и получить деньги за усадьбу. Дома была невестка Полина, а Виктора не было; я не стал спрашивать, где он. Выдали мне две положенные тысячи. Пригласили за стол «обмыть» сделку. Выпили самогона, закусили вместе.
Свободное копирование
