Великий Сибирский тракт - сколько слыхано, сколько книг прочитано о нем. И вот он у нас под колесами, мы едем в Свердловск посмотреть город. Местами тракт - булыжное шоссе, потом оно кончается и пошла непролазная грязь. Попадается кусочек разбитого асфальта, снова булыжник. Дома в селах деревянные, унылые, некрашеные. Улицы взрыты тракторами, грязь. Как тут люди живут, сколько поколений сменилось, а мостовую сделать некому. Такая привычка, уклад жизни. Грязь не мешает, как будто ее и нет.
Свердловск нам понравился. Красивый, чистый, уютный. Пообедали в хорошем ресторане, отменная еда, дешево. Побывали на улице Вайнера, где витрины магазинов могут соперничать с московскими. А потом зашли в дом, где провела свои последние дни царская семья, тут она и погибла. Были в том самом подвале. Пусто . Холодно.
В Свердловск ездили редко, пока не проложили асфальт. Но и дома, в поселке, скучать не приходилось. Для жителей Заречного лес и водохранилище - дары бесценные, там проводят они свободное время, запасаются грибами, ягодами, ловят рыбу, охотники промышляют уток и зайцев. Как только стает лед, пустеет лодочная станция: все лодки в плавании, начало рыбной ловли.
После заполнения водохранилища ловилась только щука. Больше всего ее было по весне, но и летом хватало. Щуку ловить было очень просто: брось блесну за корму и греби потихоньку, почувствуешь удар - вытаскивай. Приучил меня к рыбалке Толик Дюрягин, он приехал из Томска чуть позже нас и стал начальником турбинного цеха. Заядлый рыбак, охотник, он и меня втянул в эти дела. Рыбалка на водохранилище оказалась очень прибыльной. За выходной день штук 7-10 и все по килограмму!
К средине лета вода прогревалась градусов до 20. Начинался купальный сезон. Многие радовались простору, плыви хоть час, хоть два, места хватит. Такие дальние заплывы были и мне по душе. А сколько детям радости, они быстро привыкли к прохладной воде и вытащить их на берег не так-то просто.
Пожелтели березы, пошел белый гриб, тепло еще стояло, когда мы получили от Таниной приятельницы Инны телеграмму: "Будем Пятигорске ждем вас почтамте совместного похода Кавказу".
Пошел к Невскому, показал телеграмму и тут же получил отпуска. Он мог отпустить кого угодно, когда угодно, кроме себя, сам он этому закону не подчинялся.
Свободное копирование
