Однажды Ермаш мне сказал: "У Шепитько есть сценарий "Село Степанчиково", она его снимать не будет, но их надо поддержать, без денег сидят. Передайте ей, что сценарий оплатим".
Ларису я застал в Болшево, куда приехал на какой-то семинар. Она сидела в холле. Подошел, присел рядом. Сообщение она выслушала спокойно, кивнула, приняла, как говорится, к сведению. Без эмоций....
Сегодня можно прочитать и в интервью старшего Климова, и в том же материале из "Каравана историй", который и процитирую: "Однажды мы втроем - мама, папа и я, еще совсем маленький, завтракали на кухне. Мама... размышляла, что снимать дальше. Она хотела экранизировать "Село Степанчиково", но почему-то никак не могла решиться. И вот шутливо мне говорит: "Антоша, спроси у папы, что мне дальше снимать?" Отец, подыгрывая ей, отвечает: "Антоша, скажи маме, что "Село Степанчиково" ей делать не надо..." Мама рассмеялась: "И что же тогда мне остается?" Папа продолжает: "А ты, Антоша, передай маме, что в соседней комнате лежит журнал "Наш современник", а в нем повесть "Прощание с Матерой", вот по ней она и должна снимать свой следующий фильм..."
"На свою беду я ей сам и насоветовал это снимать" - неоднократно признавался потом Элем Климов. Не только на свою, добавим, но и на ее...
Лариса успела снять для "Матеры" только несколько планов, в том числе "древо жизни". Оно появляется в начале картины и в ее конце. В финале оно должно было сгореть. Режиссер и сожгла это гигантское дерево. Потом все говорили, что напрасно - плохая примета. Сын комментирует: "Удивительно, как мама не обратила на это внимание. Она верила в предзнаменования и вообще жила интуицией. Все знавшие маму считали ее мистической женщиной".
Что тут скажешь? Возможно, нечто мистически недоброе витало над ними. Оба они, и Элем, и Лариса, похоже, ходили по некоей гипнотическо-эзотерической темной грани. И словно дразнили дракона жесткими кунштюками на съемочных площадках, да и самим выбором тематики для картин, того самого материала, которому истово отдавались. А мистика она и есть мистика. В ее контексте даже на то обращаешь внимание, что один - снял фильм о Распутине, после чего перенес поражение мозга, другая - погибла, едва приступив к фильму по Распутину. Элем сам передал жене повесть писателя Распутина, будто протянул любимой свою тяжелую руку.
Пройдет немного времени, и под ту же руку, под её немилосердную власть попадут судьбы многих талантливых людей, да что говорить - исчезнет великий кинематограф. Долго и тяжко станет он подниматься с нуля.
Сотворив назначенное ему умирающей властью, Элем надорвется и скоро сам на все свои последние годы уйдет сначала в творческое небытие, а потом в небытие просто.
Свободное копирование
