Вскоре после моего возвращения из Тромсе - а может быть, и раньше, в памяти все смешивается - стоявшая в Сёр-Варангере наша дивизия получила звание гвардейской. На аэродроме Хебуктен был устроен парад: сначала все выстроились во фронт, и командир дивизии произнес речь и поцеловал знамя, встав на колено; затем это знамя с гвардейскими лентами понесли вперед, а дивизия продефилировала за ним вокруг аэродрома. Я стоял в стороне и смотрел на эту церемонию. - У нас ведь ходили разговоры - и эту идею приписывали Сталину, - будто зря мы остановились на Эльбе, надо было идти до Атлантики. Но поглядел я на солдат - это были не те бравые молодые люди, каких я видел в Тромсе, - средний их возраст был лет сорок, а в последних рядах шли уже совсем тщедушные и даже хромые старые люди.
Между тем, в Хебуктен (или Хёйбуктмуэн) продолжали прилетать самолеты, а я с Анденесом ездил их встречать. Однажды в жаркий летний день был какой-то важный прилет, мне дали машину, и мы поехали на аэродром с Янкелевичем и еще с кем-то - не то с майором, не то с Грицаненко - и взяли с собой Анденеса. Мы уже возвращались вниз под горку (аэродром, как я уже говорил, находился высоко на горе над Лангфьордом), уже миновали справа обустроенное норвежцами обширное наше братское кладбище у подножья Хебуктена - и вдруг над нами просвистел снаряд. Потом другой, в несколько ином направлении. Потом третий. Водители ускорили ход, и мы выскочили из-под обстрела - впрочем, стреляли не по нам, снаряды неслись куда-то вдаль, причем в двух разных направлениях.
По расследовании оказалось, что на пригорке над дорогой лежал большой немецкий склад мин. Лежал и лежал. Но мины были особые, экспериментальные, срабатывавшие от тока ли, или вообще от нагревания. 28° тепла оказалось достаточно для того, чтобы они сработали. Причем лежали они, как дрова, - крест-накрест, поэтому обстрел и начался ь двух направлениях - и продолжался, пока склад мин не иссяк. Это был мне последний привет от войны.
По счастью, Сёр-Варангер населен редко - все мины попадали в пустое место, только одна взорвала где-то хлев и убила корову.
Свободное копирование
