Прелестную историю рассказал мне мой сотрудник 70-х гг. по Институту востоковедения, Меир Натанович Зислин. Он служил по мобилизации в войсках связи рядовым. Однажды в результате артиллерийского обстрела где-то оборвались телефонные провода (они тогда уже были цветные - зеленые и красные, наверное, импортные). Зислин пошел по проводу и добрел до большой воронки посреди болота, полной воды, в которую уходили с разных сторон несколько разного цвета оборванных проводов. Зислин был дальтоник, так что цвет провода ему не помогал; он скрепил с оборванным один из свисавших проводов, показавшийся ему наиболее подходящим, и, как положено, пошел дальше по этому проводу с целью установить, нет ли еще обрывов и доходит ли провод до адресата. Но оказалось, что он соединил красный провод с зеленым и теперь полз по немецкому проводу к немецким позициям: вскоре появилась явно немецкая землянка, куда и уходил провод. Зислин в ужасе приник к стене землянки, вслушиваясь в шедшую оттуда речь.
- Слушай, товарищ лейтенант, а ведь евреев-то на фронте не видать.
- Да что с тобой? А я, по-твоему, кто?
- Вы, товарищ лейтенант, дело другое, а так евреев на фронте нет.
- Верно, нет, нет, - сказал еще один солдат.
Тут Меир Натанович вошел в землянку, и из пяти советских военнослужащих, находившихся в захваченном немецком передовом посту, оказалось уже два еврея.
Поэтому сталинский антисемитизм конца 40-х годов выпал на хорошо унавоженную нацизмом почву.
Еврейство исторически сохранялось в течение 2500 лет благодаря своей религии. Но религиозные евреи и вообще те, кто держался за свой язык, имели мало шансов выжить уже в 20-30-с гг. (вспомним белые и зеленые еврейские погромы, преследование раввинов и хедерных учителей красными), а «евреи» 1941-45 гг. были за минимальным исключением обрусевшими, забывшими свой язык. В то же время вспомним и то, что та часть еврейской интеллигенции, которая не подвергалась в это время преследованиям, так как безусловно не могла быть настроена процаристски, была все же в существе своем интеллигенцией «буржуазной» и уже поэтому никак не ответственной за партийных евреев первых лет советской власти - Троцкого, Зиновьева, Бермана, Френкеля, Ягоду. Для интеллигентных «евреев» их культурой была русская, как русской была культура таких «немцев» как Фонвизин, Дельвиг, Кюхельбекер, Пестель, Грот, Блок.
Вообще существовал - и существует - несправедливый порядок: швед, поляк, англичанин, француз, живущий несколько поколений среди русских, всегда числится русским; еврей - вечно записывается евреем, хоть он уже и три поколения говорит только по-русски[А что из этой интеллигенции многие уехали и 50-70-е годы - так что же можно было ожидать, когда «пятый пункт» закрывал и течение почти сорока лет возможность учиться по всех основных высших учебных заведениях и трудиться на всех более или менее интересных paбoтax. Стоит ли удивляться поздней вспышке еврейского национализма? При царском режиме была хоть, «процентная норма».] .
Свободное копирование
