Вскоре был арестован директор ЛИФЛИ Горловский - тот самый, который читал новейшую всеобщую историю (после курса Е.В.Тарле) и который объяснял, что выражение «богат как Крез» происходит от названия французской капиталистической монополии Шнейдер-Крезо. Что делать, нельзя было требовать от партийного директора, чтобы он читал Геродота. Хотя Горловский ничем хорошим себя не проявил, но мы жалели его, как и всех в его положении, - и также жалели о нем, потому что как-то ждалось худшего. Покамест обязанности директора стал исполнять завхоз Морген. Он, видимо, находился в «творческом перепуге». И начал массами исключать студентов - «как классово-чуждый элемент», «за сокрытие», «за связь с враждебными элементами» и прочее. Многие исключались с последнего курса. Все это было далеко не шутка: рассказывали, и совсем не как анекдот, о немедленном аресте какого-то полуграмотного директора артели, написавшего в предпраздничном майском приказе: «В кабинете повесить вождей» - он имел в вид. у портреты вождей. [Слово «вожди», очень популярное и официальном обиходе 20-х гг., стало вымирать в СССР, когда «вождями» (дуче, фюрер, каудильо) стали называть своих лидеров-диктаторов фашисты. Однако Сталин - и только он теперь - нередко назывался «вождем народов» (среди прочих громких и обязательных эпитетов).] И «за сокрытие» могли посадить, тем более «за связь».
Костя Горелик говорил, что студентам подходить к доске приказов на полуэтаже можно было только втроем, чтобы двое могли поддержать третьего, когда он прочтет в приказе о своем исключении.
Но мы как-то не боялись за себя [Была же осуждена па пять лет и отправлена в концлагерь «за связь с Пастернаком» (не арестованным; его возлюбленная Ивинская, см. пастернаковское стихотворение. С порога смотрит человек, Не узнавая дома. Ее отъезд был как пoбег, Кругом следы разгрома. Этот случай был далеко не единичен: нередко сажали «за связь» с липом, еще только намеченным к «посадке», по которого потом, по той или иной причине, не посадили (например, историки - «за связь с Тарле», писатели - «за связь с Тихоновым»). Но эти вещи выяснились потом, и не сразу, а постепенно.] . Нам тогда казалось, что у каждого попадающего под удар должен был быть хоть какой-нибудь, хотя бы пустячный изъян с точки зрения партии: рассказывал анекдоты, дружил с кем не надо. Мы не дружили с кем не надо. На счет анекдотов особенно не грешили, да они и сильно поубавились за последние два-три года; а если иногда и говорили что-нибудь предосудительное, то только среди верных друзей.
Между тем, люди и шутили. Всплыл старый анекдот о постановке оперы «Гугеноты» в еврейском театре, где якобы был такой дуэт:
«- Вам зовут из подземелья!
- Кого? Мине? Чичас!»
Свободное копирование
