Но еще до возвращения Воли в моей жизни произошло важное изменение.
Через несколько дней после нашего возвращения с юга у папы в кабинете раздался телефонный звонок. Неизвестный мужской голос попросил Игоря Дьяконова. Я подошел, назвался.
- С вами говорит Александр Павлович Рифтин. - Я слушаю, Александр Павлович. - С этого учебного года на первом курсе языковедческого отделения открывается цикл ассириологии и гебраистики. Мне говорил Николай Владимирович Юшманов, что вы интересуетесь ассириологией. Не хотели бы вы перейти к нам?
- Что вы, Александр Павлович, еще бы! Конечно!
И так начался мой второй первый курс - на языковедческом отделении. Родители, конечно, не возражали.
Много предметов у меня было сдано за первый курс, и поэтому оставалось немало свободного времени. Я решил продолжать сдавать экзамены и за историческое отделение; я даже ходил на некоторые лекции и, таким образом, был еще в течение полутора лет связан с нашими историками.
Поэтому я расскажу о дальнейших судьбах моих товарищей-историков до того времени, пока их не влили в состав исторического факультета ЛГУ, в 1937 г.; тогда они окончательно перешли в другое здание, и я почти потерял их из виду.
А уж потом буду рассказывать о жизни языковедческого отделения и наших новых древневосточников.
Свободное копирование
