На другой день отдал дань вежливости нашим партнёрам (Абов настоятельно рекомендовал законтачить с неким Стасом Копытником, но этот человек не располагал к общению вообще). В итоге я сказал, что у меня здесь достаточно друзей и от всякого сопровождения отказался, пообещав появиться перед самым отлётом в Москву, что хозяев тоже вполне устроило.
Наташа написала мне, безъязычному, кучу записочек на иврите и английском – транспорт по маршрутам, куда намеревался добраться, и так я благополучно доехал из Тель-Авива в Иерусалим, Вифанию и Вифлеем. Обычно водитель автобуса, прочитав мою цидулю, задавал пару наводящих вопросов, в ответ на которые я мог лишь мычать, и, обернувшись к салону, спрашивал: «Русские есть?» Таковые всегда откликались, а по пути в Назарет моей попутчицей оказалась огненно-рыжая девчонка из Харькова, боевито сжимавшая коленями винтовку «М-16».
По дороге девчонка рассказала, что ей 18 и в Израиль приехала с родителями (моими ровесниками), которые оба инженеры-электрики, и здесь уже пять лет. Что за пребывание в армии ей платят зарплату, а кроме того она за время службы получит профессию кошерного повара... Она рассказывала, а я не мог оторвать глаз от нагрудного кармана, из которого торчал запасной магазин автомата, поблескивая медным верхним патроном...
На конечной остановке, выйдя из автобуса, я подал девчонке ладонь, и ремень винтовки соскользнул с её плеча на сгиб моей руки. «Осторожно! – сказала она. – Только без резких движений!.. Очень медленно положите оружие к моим ногам!..» Девчонка ещё не договорила, а я уже видел, что водитель целится в меня из армейского кольта. И только когда автомат оказался на земле, и девчонка его подняла, шофёр автобуса закрыл дверь и уехал.
Да, ребята, у вас тут получить пулю ничего не стоит.
Недалеко от моей гостиницы – на улице Дизенгофф – за неделю до моего приезда в автобусе взорвался смертник (большое пятно от сгоревшей резины ещё чернело на асфальте), но никакой истерии в городском транспорте я не наблюдал. А когда в Назарете (католический Храм Благовещенья и Церковь Архангела Гавриила) на той же остановке ждал обратный автобус и ко мне подошёл аккуратный русский еврей-графоман – предложил за три шекеля купить машинописный сборничек его стихов (ей-ей Глазков с его самсебяиздатом!), я вообще ощутил себя дома.
В Вифлееме помолился в Базилике Рождества – спустился в грот, где родился Иисус, преклонил колена перед Серебряной Звездой, обозначающей место появления на свет мальчика, которому было предрешено стать Спасителем (веришь или не веришь – всё равно дыхание перехватывает). В Вифании отыскал очень древнюю гробницу Лазаря. И дважды (одного дня не хватило) наведался в Иерусалим (480-й экспресс из Тель-Авива идёт прямо до автовокзала).
Свободное копирование
