7 сентября 1980 г.
Щекочихин в Очакове – местная знаменитость: пока шли от станции, несколько человек с нами поздоровались, а возле дома скамеечные старушки хором предупредили: «Ждать вам долгонько придётся – их дома нет, они бутылки возют».
На звонки дверь и впрямь не отворили. Обогнули дом – в кухонном окне была открыта форточка, ей и воспользовались: долгорукий Шурка дотянулся до шпингалетов, распахнул окно, спустил табуретку, и мы проникли в Юрину квартиру. Кухня была завалена пустой стеклотарой, люк в подпол дырой зиял – Щекоч до заначки на чёрный день добрался.
Расселись в комнате – наши девушки с Малгожатой на диване напротив двери, мы сбоку, незаметные. Вскоре хлопнула входная дверь – Юра с Лёней Загальским сразу на кухню протопали, принялись громко считать, сколько получится, если оптом по гривеннику... Тут девчонки не выдержали – расхохотались, голоса на кухне стихли, и в дверь всунулись две обалделые головы...
К вечеру ещё подошли с десяток гостей, в том числе и любимый Юрин персонаж, Рыжий Москвич – опер лет тридцати, и впрямь очень рыжий, тихий, смущающийся.
Выпили в итоге много, спьяну начались рискованные шутки: вздумали разоружить оперативника – трое напали на него, сидящего, полезли ощупывать подмышки и ничего не нашли, а он сразу, как только все уселись, вынул табельный «макаров» из-под куртки сзади. Щекоч попросил «пушку», мент протянул пистолет через стол, предварительно выщелкнув обойму, и тут Юра нагнал на него страху – прицелился в лампу, потянул за спусковой крючок: «В казённике девятый патрон оставил?». По мгновенному испугу на веснушчатом лице стало ясно, что привычка ментов иметь, кроме полного магазина, лишний патрон в стволе – непоборима, и Рыжий Москвич не исключение.
Свободное копирование
