03 мая 1973 г.
Всякий мусор от ластика и проч. с наших рисунков и чертежей удобнее всего смахивать кроличьей лапкой, а этот мех самый жиденький – едва год отработал, а из моей лапки только косточки торчат. Вот и призвал Егоров пана Воеводского раздобыть нам новую очищалочку. Женя Фёдорыч сказал, что кроличьи лапки обойдутся в три рубля за штуку, собрал деньги по списку и перед праздником принёс большой полосатый мешок – обещал после майских раздать.
Сегодня я пришел на работу за полчаса до начала и застал странную картину – Егоров открывает все банки и каждую нюхает, а в комнате – стойкий трупный запах, который ни с каким другим не спутаешь: так воняет сдохшая крыса за плинтусом, да протухшая тушь из жжённой кости. Мы уже перенюхали половину банок, как вдруг одновременно услышали какой-то тихий мерзкий звук из шкафа. Открыли и охренели – весь он кишел навозными мухами, облепившими мешок Воеводского – его сырые кроличьи лапки, меховой бизнес пана! Не долго думая, Егоров просто выкинул мешок в окно, после чего устроили сквозняк, но и это помогло мало – весь день оказался испорчен, а Воеводский молчал, выражая нам своё «фэ» (все сданные коллегами «трёшки» честно вернул).
Свободное копирование
