Женитьба.
Переезд в Липецк. «Где железо?».
Занятия на 5 курсе института должны были начаться 1 октября 1956 года. 6 сентября у Бэлы день рождения. За несколько дней до этого мы в сопровождении Яши Верновского пошли в ЗАГС и подали заявление. Это заявление писал Яша своим аккуратным почерком. В бланке заявления есть графа: «Фамилия после вступления в брак». Яша начал писать на той стороне листа, который относится к Бэле: «Марголи…», посмотрел на Бэлу и спрашивает, что же писать дальше, какое окончание фамилии: «на» или «ус»? Бэла согласилась принять мою фамилию и сказала «ус». Так Бэла Марголина стала Бэлой Марголиус.
С моей фамилией Бэла сталкивалась ещё в школе: соученицы в школе называли её Бэлой Марголиус, хотя не знали, что такая фамилия действительно существует. В 6 классе, т.е. в 1947 году, на уроках украинской литературы изучали поэму Гомера «Энеида» в переводе на украинский язык Котляревского. Там есть такие строки:
... i називали все на «ус»:
Енея звали Енеусом,
i вже не паном – домiнусом,
себе ж то звали троянус.
После этого все соученицы (нужно не забывать, что Бэла училась в женской школе) стали называть её не Марголиной, а Марголиус. Причём так переделали только фамилию Бэлы. Невольно можно подумать о каком-то предопределении.
6 сентября 1956г была официальная регистрация. К ЗАГСу мы с Бэлой ехали не на карете и не в такси, а на троллейбусе. Когда мы подошли к ЗАГСу, то там нас встретила большая группа наших друзей. После окончания церемонии мы всей кампанией отправились ко мне домой на ул. Бородинскую. Там нас встречала мама и уже был накрыт стол. Потом мы все отправились к Бэле на проспект К.Маркса. Там нас тоже ждали родственники и накрытые столы.
На следующий день мы поехали отдыхать в Ялту. Мы поездом доехали до Симферополя, а оттуда до Ялты нужно было ехать автобусом (троллейбусная линия ещё не была проложена). В Ялте на автостанции мы договорились с одной женщиной поселиться у неё на квартире и поехали к ней. Когда мы у неё дома хотели показать свои документы, то обнаружили, что у меня украли бумажник с нашими паспортами и деньгами. Денег, правда, украли немного, большую часть их я держал отдельно. Без паспорта хозяйка не могла нас взять на квартиру, так как она должна была зарегистрировать наши паспорта в милиции. Мы пошли в милицию и заявили о краже документов. Наши показания записали и велели ждать. На следующий день бумажник с нашими паспортами кто-то подбросил в милицию. Денег там, конечно, не было. Море было тёплое, людей на пляже в те времена было немного, к тому же мы на все внешние обстоятельства обращали мало внимания, так как мы были вместе.
После свадьбы тётя Клара подарила мне отрез шерсти на костюм. Этот отрез имел любопытную историю. Тётя Клара хранила этот отрез больше 20 лет. В тридцатые годы в Советском Союзе были открыты магазины «Торгсина» - торговля с иностранцами. В этих магазинах за валюту или за драгоценности можно было купить дефицитные, в том числе импортные товары. Брат тёти Клары Моисей, которого выслали из СССР и дочь которого Рут мы недавно разыскали в Израиле, присылал своим сёстрам деньги. На эти деньги и был куплен отрез синей шерстяной ткани. Эта ткань благополучно ездила в эвакуацию и вернулась обратно в Днепропетровск. На ткани был большой круглый штамп, на котором было написано название лондонской фирмы на английском языке и на иврите. Ткань была очень тяжёлая. Когда мы отнесли портному ткань, он был потрясён и сказал, что такого материала он не видел много лет.
Свободное копирование
