После окончания третьего курса я узнал, что несколько наших студентов собираются в туристский поход по Крыму. Они планировали пройти пешком от Феодосии до Алушты, а потом до Алупки. Я посоветовался с Бэлой, и мы решили к ним присоединиться. Всего собралось 9 человек, в том числе Юля Резников, дальний родственник Бэлы. Меня избрали завхозом. Я должен был договориться с институтским клубом туристов и раздобыть палатки, спальные мешки или одеяла, рюкзаки, питание. Нам дали в институте письмо в Днепропродторг с просьбой выделить по оптовой цене гречневую крупу, свиную тушёнку, сгущенное молоко. В то время это были очень дефицитные продукты. Кроме того мы закупили сухари, сахар, соль, несколько буханок хлеба. Нужно было также взять с собой ведро, две большие кастрюли, миски, ложки, вилки, ножи. Общий вес продуктов - больше 100 кг. Нам дали рюкзаки, палатки, одеяла. Все продукты распределили по рюкзакам. Учитывая вес собственных вещей, груз у каждого получился солидный.
Мы доехали поездом до Феодосии. Железная дорога и станция там расположены прямо на пляже. Мы в первую очередь искупались, а потом пошли искать какую-нибудь школу, где бы можно было переночевать. Школу мы нашли, обо всём договорились, оставили там свои рюкзаки и пошли смотреть город. Осмотрели развалины Генуэзской крепости и пошли в дом-музей Айвазовского. Там собрано большинство картин художника, в том числе самая знаменитая гигантская картина «Девятый вал». Она занимает целую стену большого зала. Утром следующего дня мы уже шагали из Феодосии на запад. Первую ночь мы провели на веранде дома отдыха союза советских писателей в поселке Планерское. Следующая ночёвка была на земле в саду биостанции академии наук СССР. Там было много цикад, они всю ночь трещали. Следующий участок пути – переход к Судаку- нам хорошо запомнился. Когда до Судака осталось около 10 км, на горизонте появилась огромная чёрная туча, которая быстро двигалась в нашу сторону. Мы шли по дороге, которая расположена на склоне горы и подковой огибает залив. Вдали виднелся Судак. Мы помчались к городу чуть ли не бегом и успели дойти до какого-то кафе до ливня. Несмотря на усталость, последние 10 км мы прошли за 1 час. Кафе уже должно было закрываться, и продукты там были на исходе. Я помню, что мы там ели: на каждого приходилось половина буханки хлеба, кружок краковской колбасы (это грамм 400) и две бутылки ситро. После такого марш-броска и после еды у нас ноги почти не действовали, мы с большим трудом встали из-за стола. К счастью, недалеко от кафе была школа, в которую нас пустили переночевать. Мы что-то постелили на пол и мгновенно заснули. Ночью я проснулся от того, что кто-то по мне ползает. Я встал и включил свет. Весь пол был усеян огромными чёрными тараканами. На свету они стали разбегаться. Мы легли и продолжали спать, не выключая света, а утром пошли на пляж. В то время в восточный Крым отдыхающие почти не ездили. На громадном городском пляже мы не насчитали и 10 человек. Мы несколько часов купались и загорали, потом осмотрели развалины очередной Генуэзской крепости, и опять отправились в путь. (Кстати, когда я в 1974 году приехал с детьми в Крым и захотел показать им места, где мы с Бэлой были в походе, то найти свободную комнату в Судаке оказалось невозможно. На пляже там было столько людей, что мне показалось – они расположились в два слоя. Мы вынуждены были поселиться в посёлке Морское). Когда мы проходили через маленькие посёлки, то все жители, которых мы встречали, взрослые и дети, с нами здоровались первыми, что нас приятно удивило.
Следующая остановка у нас была в посёлке завода шампанских вин «Новый свет». Мы купили несколько бутылок великолепного шампанского, которое обычно не поступает в магазины. Кстати, когда мы ведром достали воду из колодца, то она сильно отдавала шампанским. В склоне горы рядом с посёлком имеется очень большой грот, в котором мы заночевали. Его называют гротом Шаляпина. У этого грота поразительная акустика, говорят, что в нём пел Шаляпин. На задней стене грота имеется много выдолбленных в скале ниш. Нам рассказали, что когда-то очень давно грот использовали как винохранилище. У входа в грот мы развели костёр и варили в ведре своё дежурное блюдо - гречневую кашу со свиной тушёнкой. На второе у нас был чай со сгущенным молоком. Не успели мы съесть кашу, как к нашему костру подбежали несколько пограничников с автоматами и начали нас допрашивать, кто мы такие и кому мы сигнализируем. Они проверили наши документы, поговорили с нами, убедились, что мы не диверсанты, и ушли. Наше «взаимодействие» с властями на этом не закончилось, но об этом ниже. Мы шли дальше по крымскому побережью, были в Алуште, Ялте, Ласточкином гнезде, Гурзуфе, Алупке. В Ялте мы были во дворце, где проходила Ялтинская конференция Сталина, Рузвельта и Черчилля в 1945 году. Возле Гурзуфа мы ночевали в пионерлагере Артек. В это время там не было пионеров. Мы ночевали в большой комнате с железными кроватями. В соседней комнате было уложено много ватных тюфяков. Мы взяли себе по два тюфяка: один постелили на кровать, а другим укрылись. В Алупке нам захотелось посетить знаменитый Воронцовский дворец. Ворота, ведущие в Воронцовский парк, были заперты. Мы ни у кого из местных жителей ничего не спросили и решили перелезть через ограду и хотя бы посмотреть парк. В парке никого не было видно, но вдруг из боковой аллеи выбежал какой-то мужчина, остановил нас, достал свисток и громко засвистел. Прибежали два солдата, мужчина велел одному из них позвать майора. Вскоре появился одетый в штатскую одежду майор и начал нас допрашивать. Убедившись, что мы не иностранцы, он приказал двум солдатам отвести нас в городской отдел милиции. Уже потом мы узнали, что в Воронцовском дворце была дача Хрущёва. В милиции у нас проверили документы, сказали, что напишут о нашем поступке в институт, и отпустили. Мы вернулись в Ялту и там в порту увидели теплоход «Победа», который вечером отплывал в Одессу. Нам захотелось продолжить наше путешествие и вернуться домой водным путём – через Одессу и Херсон, по Чёрному морю и по Днепру. Денег у нас едва хватило на палубные билеты, т.е. без места. Теплоход «Победа» - самый комфортабельный теплоход Черноморского пароходства – до 1945г был немецким теплоходом «Герман Геринг». Однако, из всего комфорта мы смогли воспользоваться только бассейном с морской водой, который был на верхней палубе, и туалетом, где я впервые увидел висящий для общественного пользования рулон туалетной бумаги. Рядом с унитазом была укреплена специальная ручка, за которую можно держаться в случае качки. На ночь я и Бэла нашли себе место на нижней палубе на узенькой скамье возле машинного отделения. Я сел на самый край, а Бэла смогла лечь, положив голову мне на колени и поджав ноги. Рядом с нами стоял автомобиль «Победа», принадлежавший капитану и накрытый брезентом. Наши ребята залезли под брезент и там спали. Бэла ночью спала, а я почти не сомкнул глаз. Утром из машинного отделения вылез какой-то матрос, посмотрел на меня и спросил: «Что, отстоял вахту?» В Одессе мы провели 2 или 3 дня, побывали даже в знаменитом оперном театре. Мы сумели купить очень дефицитные билеты в театр и решили туда пойти, несмотря на наш совсем не театральный вид. Потом мы небольшим пароходом доплыли до Херсона, там пересели на речной пароход и по Днепру поплыли домой. Во время этого плавания мы почти ничего не ели, так как деньги у нас закончились. Какие-то сердобольные пассажиры дали нам несколько вареных раков – это была вся наша еда.
Свободное копирование
