Медицина в Америке слишком дорогая и заработки докторов вздуты. Но и обучение медицине слишком дорого — все наши резиденты по окончании института и тренинга имели долги в банках до $250 000, которые они потом годами выплачивали с высокими процентами. Я с удовольствием наблюдал, как в процессе тренинга наши резиденты становились специалистами. Но к концу резидентуры все они нетерпеливо мечтают только об одном — быстрей начать делать большие деньги, получая их с пациентов. Жажда денег так велика, что этические вопросы отношений с пациентами их интересуют мало.
Связь больного с врачом — не только профессиональная, но прежде всего человеческая, гуманистическая акция. Врач лечит не саму болезнь, он должен лечить больного человека. Мой отец был хирургом прошлого века, он передал мне медицинскую поговорку старого времени: «Врач любит своего больного больше, чем больной любит врача». Я это запомнил, но, очевидно, так обстояло дело только в старые времена. Насмотревшись на взаимоотношения врачей и больных в Америке, я мог бы переделать эту поговорку так: «Больной не доверяет своему врачу больше, чем врач не любит своего больного…» Как это повлияло на меня? Я был доктором двадцать пять лет в России и столько же — в Америке. Я еще сохранил в себе черты того, что называлось хорошим доктором старого времени, но смог стать и американским специалистом нового типа. Соединив в себе две школы жизни и медицины, я всегда старался оставаться доктором прежнего типа, но в то же время применять то важное и передовое, чему научился в Америке. И я могу с гордостью сказать о пятидесяти годах своей врачебной практики: И В РОССИИ И В АМЕРИКЕ Я ЛЮБИЛ СВОИХ БОЛЬНЫХ, И МОИ БОЛЬНЫЕ ОТВЕЧАЛИ МНЕ ТЕМ ЖЕ.
Свободное копирование
