Перед поездкой я списался с директором клиники ортопедической хирургии в Римском госпитале св. Петра профессором Франческо Сантори. В 1967 году, молодым доктором, он проходил научную стажировку в Москве, где работал и я. Он выучил русский, мы много беседовали, я приглашал его домой. Высокого роста, с красивыми чертами лица и яркими темными глазами под густыми бровями, с гладкой кожей, он был тогда как итальянец с картинки.
Но когда я эмигрировал в Америку через Рим, Франческо уклонился от встречи со мной. Это меня задело, я даже написал об этом в первой книге моих воспоминаний. Но теперь побывать в Риме и не встретиться с ним я не мог. И вот вечером он приехал к нам в отель. Передо мной стоял высокий сгорбленный старик с поредевшей шевелюрой и всклоченной седой бородой. Кожа сморщилась и пожухла, глаза под кустистыми бровями потускнели. Мы обнялись, похлопывая друг друга по спинам. Говорил он медленно и тихо, будто с трудом, поворачивался тоже как бы через силу и вскоре стал жаловаться на боли в спине. Не знаю, что он подумал об изменениях во мне, но я помнил, что он младше меня. Эта встреча стала живым напоминанием мне, что мы стареем и время наше уходит. Впрочем, Франческо сопровождала молодая любовница, которая все время к нему льнула.
На другой день мы поехали в его госпиталь, я прочел там лекцию. Италия — страна многих великих открытий. И итальянские ортопеды были первыми и долго считались лучшими в мире. На лекцию собралось сорок молодых докторов. Темпераментные итальянцы живо на все реагировали. Показывая слайды по ходу рассказа, я перемежал их своими шаржами на Илизарова и наших докторов. Аудитория вела себя экспансивно, многие выкрикивали вопросы, обсуждали и тут же консультировали со мной своих пациентов. И аплодировали тоже экспансивно, будто в оперном театре. Старик Франческо мог почувствовать — это был мой реванш за его отказ встретиться со мной в трудную минуту.
Свободное копирование
