Верден. 1916 год - 1

Раймон Пуанкаре

На службе Франции

Верден. 1916 год

 Номера страниц издания заключены в квадратные [] скобки, авторские примечания заключены в фигурные {} скобки, в фигурные скобки и звездочкой {*} отмечены подстрочные примечания.

Глава первая

 Печальный новый год. -- Бомбардировка Нанси. -- Русские впечатления. -- Поездка в Нанси. -- Поездка на фронт 10-й армии и в Аррас. -- Эвакуация Галлиполи. -- Сербское правительство в Бриндизи. -- Визит полковника Хоуза. -- Французские министры в Лондоне. -- Поездка в Сатори. -- Сербы в Корфу. -- Поездка в Эльзас с председателями сената и палаты депутатов Дюбо и Дешанелем. -- Черногорский король во Франции. -- Цеппелин над Парижем.

Суббота, 1 января 1916 г.

 Унылое, пасмурное утро. Проснулся с тяжелым чувством, и мысли мои почему-то унеслись к далеким дням моего детства.

 Пожарная команда Бар-ле-Дюка устраивала в утро нового года серенады-концерты под окнами важнейших чиновников города. Мой отец был главным инженером-строителем, и они долго играли перед нашим домом. Под звуки этой знакомой музыки я встречал каждый новый год. Война 1870 г. и немецкая оккупация прекратили на время этот идиллический обычай. Другая война, еще более продолжительная, еще более жестокая, снова прервала новогодний этикет в Елисейском дворце, да и не только здесь. Я принимаю министров и президиумы обеих палат уже не во фраке, а в сюртуке, без всякого церемониала, затем отправляюсь в Люксембургский дворец и в Бурбонский дворец. Обменялись речами; в них отсутствует если не вера в будущее, то во всяком случае радость, и каждый из нас спешит вернуться к своему одиночеству, к своей работе.

 Что несет нам этот новый год, начинающийся в обстановке столь удручающей неизвестности? В первых числах декабря представители союзных армий собрались в Шантильи [295] под председательством Жоффра. Они обсуждали меры взаимной помощи в случае наступления немцев и решили даже предпринять целый ряд совместных согласованных наступательных действий, чтобы таким образом пытаться предотвратить наступление неприятеля. Удастся ли нам избежать массированной атаки немцев? Или же немцы будут стараться опередить нас? В таком случае, на какой пункт будут направлены их усилия? По некоторым признакам неприятель угрожает в настоящий момент с одной стороны Аргоннам, с другой -- Нанси.

 Но возможно, что это только диверсии или маневры, призванные ввести нас в заблуждение? По некоторым данным нашей разведки, предметом атаки неприятеля будет Верден [1]. Неудивительно, что немцы стремятся подействовать на общественное мнение взятием знаменитой крепости, запирающей для них ворота Парижа. У меня предчувствие, что сражение произойдет именно здесь. Но возможно, что во мне говорит чувство опасения за своих земляков по Маасскому департаменту и мутит мой рассудок. Я решаю при первой возможности отправиться в укрепленный район Вердена и на месте ознакомиться с положением.

 Я сообщил об этом своем намерении правительству, оно одобряет его. Уведомил о нем через офицеров связи также генерала Жоффра. Он выразил желание, чтобы я отсрочил свою поездку и позволил ему сопровождать меня. Я охотно обещал ему взять его с собой. Но министры, и особенно Марсель Самба, протестуют против требования Жоффра. Президент республики, говорят они, имеет безусловное право совершать поездки во все места фронта, если действует в согласии с правительством, но недопустимо, чтобы он должен был советоваться с главнокомандующим. С конституционной точки зрения, ничего нельзя возразить против такого взгляда. Нежелание Жоффра вполне естественно, да и мне самому важно, чтобы я мог на месте в Вердене обращаться к нему с серьезными и не терпящими отлагательства вопросами.

 Получил мрачный меморандум товарища председателя военной комиссии сената Будано; последний написал его в Па-де-Кале, который он представляет в сенате. Окопы в этом [296] районе, утверждает Будано, находятся в очень плохом состоянии, запас зимних вещей недостаточен, дух солдат падает. Будано боится упадка духа солдат и предвидит возможность бунтов в близком будущем; он жалуется, что большинство генералов не уделяет достаточно внимания солдатской массе. Я ответил Будано, что в скором времени поеду лично ознакомиться с положением. А тем временем я передал его меморандум Гальени и прошу последнего информировать меня.

 Командующий укрепленным районом Вердена генерал Герр, которому известна переписка между военным министром и Жоффром по поводу тревожных сведений, привезенных в Париж полковником Дрианом, уверяет меня, что все наши оборонительные позиции вокруг крепости очень прочны. По словам генерала, войска были несколько утомлены операциями в Шампани, так как резервы были тотчас же взяты из Верденского округа и не было возможности достаточно часто сменять войска; но теперь войска вернулись и оправились.

 Я указываю генералу, что недавно сам констатировал недостаточность наших тыловых позиций в южной части его сектора, против Сен-Мигиеля, между Френ-о-Мон, Ла-Белль-Валле и Пьеррфитт-сюр-Эр. Он не думает, что немцам может удаться пройти через Шовонкур, но тем не менее, считает полезным занять также поперечную позицию, чтобы на всякий случай запереть доступ в долину реки Эр. Пока, говорит он, нет никаких признаков, позволяющих предположить в настоящий момент, что неприятель замышляет большую атаку укрепленного района Вердена. Самое большее, возможно, он произведет демонстрацию между Маасом и Аргоннами, для того чтобы связать наши войска на тот случай, если мы сами будем атаковать в другом месте. Мнения относительно того, в каком месте предстоит атака, неприятеля, очень расходятся.

 Префект департамента Мерты и Мозеля Мирман телеграфирует из Нанси: "Боши послали нам сегодня утром в подарок к новому году дюжину снарядов из тяжелых дальнобойных орудий. Действие их было гораздо менее значительно, чем опасалось население. Разрушено несколько домов".

 Саррайль счел нужным, не докладывая правительству, арестовать и выслать из Салоников консулов враждебных держав. [297]

 Деятельность этих консулов становилась, на его взгляд, опасной для наших войск (телеграмма Гралье, Салоники, No 204 и Гильмена, Афины, No 1107). Саррайль телеграфирует военному министру, что после этой высылки в городе царит полное спокойствие. Консулу Соединенных Штатов поручена защита турецких, болгарских, немецких и австрийских подданных. Однако мера Саррайля вызвала протест не только заинтересованных держав, но и греческого правительства.

 Палеолог сообщает (No 1568 от 1915 г. и No 1 от 1916 г.) о фрейлине русской императрицы Марии Васильчиковой. Она написала царю о своих разговорах в Германии с министром фон Яговым и с великим герцогом Гессенским, а затем возвратилась в Россию продолжать там от имени этих двух лиц попытки заключения мира [2]. Она привезла с собой письмо великого герцога к Николаю II и к Александре Федоровне. По приказу царя она была сослана в Чернигов за то, что приняла на себя миссию от враждебного государя.