В заседании 26 ноября Комитет, считая, что пьянство в народе развивается в молодом поколении и часто замечается и у подростков после школьного возраста, когда они остаются без всякого присмотра, постановил обратить внимание на это поколение и, по предложению члена комитета В. А. Бахрушина, устроить ряд профессиональных ремесленных училищ для детей после школьного возраста. Член Комитета М. А. Сабашникова, заведовавшая тогда просветительным отделом Попечительства, предложила организовать сначала при одной из читален совместные чтения с подростками и параллельно с этим ввести обучение их лепке, рисованию, выклеиваний картин, а уже затем постепенно перейти к обучению ремеслам. Кроме того, она предложила организовать также разного рода экскурсии как по Москве, так и за пределами ее, так как такие экскурсии могли бы иметь не только притягательную силу для подростков, но и большое значение для их развития. Комитет сочувственно отнесся к этим предложениям и постановил избрать новый дом имени наследника первым для организации в его стенах труда и развлечения уличных подростков.
Это новое святое дело началось в скромных размерах, но Попечительство надеялось, что когда почва для этого дела будет достаточно исследована и пути благотворительного воздействия на беспризорных детей будут достаточно проверены, этому самому трудному изначинаний Попечительства будет предстоять большая будущность, ибо всегда легче предупредить пьянство, нежели его искоренить.
Всю осень во всех уездах происходили земские выборы натрехлетие 1909—1912 гг., в большинстве уездов царило правое течение, и левые терпели поражение. Большие разговоры ходили вокруг забаллотирования старого земского деятеля Д. Н. Шилова, который потерпел неудачу даже в Волоколамском уездном земском собрании, где он был избираем в гласные в течение чуть ли не четверти столетия. Его кандидатура в гласные по Московскому уезду, прогрессивному, также не прошла, его там забаллотировали. В польза Шипова, который во что бы то ни стало хотел пройти в губернские гласные, велась энергичная агитация, благодаря чему он в московском земстве и получил записками абсолютное большинство голосов, но при баллотировке шарами у него не хватило 5 голосов. Все удивлялись и толковали о том, что Шипов, с именем которого неразрывно связано было московское земство, последовательно забаллотирован по двум уездам. Он мог, конечно, еще пройти от Московской думы, но он считал этот маневр некорректным, так как всегда на собраниях являлся ярым противником городских интересов. Политические друзья его предлагали выбрать его бесплатным членом управы по Волоколамскому уезду и тогда, уже в качеств такового, провести в губернские гласные.
Действительно, 31 октября он и был избран Волоколамским уездным земским собранием на должность бесплатного сверхштатного члена управы, а 23 декабря, за отказом графа А. А. Бобринского, был избран и в губернские гласные.
Членом управы Д. Н. Шипов был мною утвержден, так как я никаких данных для его неутверждения не имел. Шипов в своих воспоминаниях на стр. 538 пишет, что были сделаны шаги, клонившиеся к неутверждению его в должности члена управы, и что я будто бы советовался по сему поводу с П. А. Столыпиным, после какового разговора я его утвердил. Не помню, как это было, во всяком случае, совета, как поступить, я у Столыпина не спрашивал, так как всегда все брал на себя и никакого давления на себя в таких случаях не допускал, утверждение или неутверждение всегда решал сам, справляясь только с законом и не считаясь с веяниями. С Столыпиным же мог иметь только разговор, но и разговора не помню.
Что касается выбора Шилова в губернские гласные, то я действительно опротестовал это постановление собрания и внес в губернское присутствие, которое его и отменило.
Опять-таки я действовал в данном случае не вследствие давления на меня со стороны реакционных элементов и главным образом А. Д. Самарина, как пишет опять-таки Шипов в своих воспоминаниях на той же странице, а исключительно основываясь на Земском положении, в котором ясно говорилось, что губернские гласные избираются из уездных гласных, Шипов же был забаллотирован в уездные гласные и как член управы пользовался только правами уездного гласного во время уездных земских собраний.
Уверения Шипова совершенно не соответствуют действительности, да и не в характере Самарина было участвовать в каких-либо интригах, в этом никто никогда не вправе был бы его обвинить. Самарин всегда держался безукоризненно корректно, не вмешиваясь никогда в чужие дела и стоя строго на законной почве. В этом деле он мог только высказать свое мнение в заседании губернского присутствия как член этого присутствия.
Волоколамское уездное земское собрание, созванное в феврале следующего года, постановило обжаловать постановление присутствия, и как только уездная управа представила мне означенную жалобу, я с особой поспешностью направил ее в Сенат, который со своей стороны необычно быстро ее рассмотрел и указом от 11 апреля отменил постановление присутствия. Шипов тотчас был допущен к исполнению обязанностей губернского гласного.
Меня такое решение Сената нисколько не поколебало в моей точке зрения, и я считаю решение Сената случайным; всем известно, что часто по одному и тому же делу Сенат постановлял разные решения. Сенаторы были тоже люди, которым свойственно было ошибаться и иметь свои личные мнения — все зависело от состава присутствия Сената.
Свободное копирование
