4 октября я ездил в Клинский уезд в Подсолнечное по приглашению княгини М. А. Львовой на открытие рукодельной мастерской, устроенной ею для обучения рукоделию местных крестьянок. Торжество было совсем скромное, носило чисто семейный характер, приглашенных было всего несколько человек, но зато много было крестьян изо всех окрестных сел и деревень.
На другой день был день тезоименитства наследника цесаревича — к этому дню я приурочил открытие и освящение нового, только что отстроенного народного дома. Открытие это весьма волновало — это был первый дом, выстроенный Попечительством о народной трезвости; до того времени все народные дома находились в нанятых помещениях. Открытие было назначено мной в 5 часов дня, так как все утро у меня было распределено по часам. К 9 часам утра я проехал на автомобиле в Останкино, где отряд конной стражи праздновал свой храмовый праздник. Выслушав молебен, произведя смотр отряду конной стражи, поздравив их с праздником, я вернулся в Москву, проехав прямо в Успенский собор на торжественное молебствие, а в 12 с половиной часов был уже в Манеже на параде московской городской полиции по случаю ее храмового праздника, откуда к 2 часам прибыл в село Всехсвятское на открытие и освящение вновь устроенной гимназии для совместного обучения детей обоего пола. В гимназии под моим председательством состоялся акт, перед началом которого я вручил директору гимназии большой портрет наследника цесаревича в память того, что открытие гимназии состоялось как раз в день его тезоименитства.
В селе Всехсвятском давно ощущалась большая потребность в такой гимназии, так как местному населению приходилось посылать детей учиться в город, что сопряжено было с большими неудобствами и тратами. Я всегда старался оказывать всякое содействие к устройству в губернии гимназий такого типа. Сначала Министерство народного просвещения не особенно сочувствовало устройству гимназий для совместного обучения мальчиков и девочек, но затем, ввиду представленных мною веских данных, разрешение было дано. В том же году такая же гимназия открыта была и близ станции Малаховка по Московско-Казанской ж. д., где население поселка, значительно разросшегося за последние 20 лет, по отношению к образованию своих детей было поставлено почти в безвыходное положение и вынуждено было или посылать их ежедневно в Москву за 30—40 верст, что сопряжено было с значительными издержками и переутомлением детей, или же, за неимением средств, оставлять детей совсем без образования. Такое ненормальное положение заставило родителей и сочувствующих делу образования местных интеллигентных лиц сплотиться в Общество для распространения в данной местности среднего образования. Я, конечно, весьма сочувственно отнесся к этому начинанию и утвердил устав Общества, разрешив и собрания для выборов и установления программы деятельности Общества, а затем обратился и в Министерство народного просвещения с ходатайством о разрешении открыть гимназию, что и увенчалось успехом. Вскоре после этого были оборудованы 2 приготовительных и 1-й и 2-й основные классы гимназии. Просвещенным деятелем и инициатором всего этого дела был всеми уважаемый местный земский врач М. Леоненко, который все свое свободное время посвящал гимназии.
В 5 часов дня 5 же октября состоялось открытие законченного постройкой и оборудованием нового народного дома в Грузинах. Поставленное в безвыходное положение спорностью того владения, где помещался первый, самый крупный из народных домов — Грузинский народный дом, и невозможностью ни приобрести это владение, ни принудить кого-либо из спорящих за обладание этим владением привести арендуемые помещения в безопасный для жилья вид, Попечительство о народной трезвости решило: приобрести в собственность где-либо по соседству землю и перенести на нее это, наиболее доходное и крупное свое учреждение. Заботы эти принял, на себя по желанию Комитета мой ближайший неоценимый сотрудник, товарищ председателя, уважаемый Н. К. фон Вендрих.
В течение 1907 г. было подыскано и сторговано крупное владение М. И. Громова в Грузинах, 3570 квадратных саженей по 65 руб. за сажень, в сентябре того же года приобретено за 232000 руб. Задача, предстоявшая Попечительству, — приобрести землю и выстроить заново все сооружения, необходимые не только для народного дома, но и для народных гуляний, задача эта была весьма затруднена тем обстоятельством, что для покрытия предстоявшего, полумиллионного расхода у Попечительства не было иных ресурсов, кроме каких-либо сокращений в своем обычном годовом бюджете и залога нового владения в Кредитном обществе. Но это не испугало Попечительство.
В сентябре 1907 г. Н. К. фон Вендрих спешно приступил к постройке тех сооружений, которые необходимы были для обслуживания народных гуляний, так как эти сооружения надо было закончить к открытию сезона, иначе Попечительство понесло бы крупный недобор в своей обычной выручке от этой доходной статьи. Фундаменты строений были возведены до начала морозов, а самые строения возводились в продолжении всей зимы и начала весны.
27 июня 1908 г. народные гуляния были открыты, и в течение оставшейся части сезона удалось устроить 47 гуляний, собравших 229 132 посетителя, и поставить на открытой сцене 31 оперу с 205 133 посетителями и 9 драматических спектаклей с 11 955 посетителями.
Торжественное освящение и открытие гуляний состоялось в присутствии московского генерал-губернатора, должностных лиц г. Москвы, представителей от города, членов Комитета, заведующих отделами и учреждениями и многочисленных служащих Попечительства.
Место народных гуляний представляло собою большую усыпанную песком площадь, обсаженную молодыми деревьями, в глубине которой высилось крупное здание открытой летней сцены с железным навесом. Перед ней 1300 платных сидячих мест для посетителей. Направо и налево от главного хода расположены были две крытые чайные террасы; в глубине владения: налево — роскошно оборудованная летняя кухня и за нею две крытые террасы для обедающих и музыкальная беседка, а направо — ряд павильонов для торговцев лакомствами и затем большая крытая танцевальная эстрада и вблизи нее карусели и качели.
Вечером, во время гуляний, вся эта огромная площадь сплошь бывала залита электрическим светом. До 500 столиков для посетителей обслуживались штатом служащих более 200 человек.
А через год с небольшим было окончено постройкой и зимнее помещение для народной столовой, читальни-библиотеки и канцелярии Попечительства. Учреждения эти поместились в крупном двухэтажном каменном здании, выходившем своим фасадом в Васильевский переулок, тогда как летний сад для народных гуляний имел главный ход с Ильинской улицы.
Много было положено труда на создание этого дома, но благодаря дружному, единодушному содействию всех моих сотрудников по Попечительству трезвости дело увенчалось успехом и Попечительство имело полное право гордиться своим новым детищем. Приурочив освящение и открытие нового народного дома на 5 октября — день тезоименитства наследника цесаревича, — мне хотелось исходатайствовать и присвоение этому дому имени наследника. Эта моя мысль была поддержана членами комитета Попечительства и одобрена министром финансов В. Н. Коковцовым, оставалось только испросить высочайшее соизволение. Не желая сделать какой-либо некорректности, я решил предварительно запросить мнение по сему поводу министра двора, и только по получении от него благоприятного ответа войти с официальным! представлением. Я и послал барону Фредериксу в Ливадию, где в то время находился Государь, шифрованную депешу, прося меня уведомить, не будет ли с моей стороны нескромно просить о присвоении народному дому имени наследника. Я надеялся получить ответ на другой же день, но, к моему большому смущению, ни на второй, ни на третий и последующие дни ответа не было. Так наступило 5 октября — я считал дело потерянным, и это меня весьма огорчило. И вдруг, вернувшись утром из Останкина с праздника отряда конной стражи, я нашел у себя депешу министра двора, извещавшую меня, что высочайшее соизволение на испрашиваемое мною присвоение народному дому наименования "Народный дом наследника цесаревича Алексея Николаевича" последовало.
Легко себе представить, какая это была для меня радость. Барон Фредерикс не только сочувственно отнесся к моей мысли, но я в избежание излишней официальной переписки непосредственно доложил Государю мою частную депешу к нему, предупредив таким образом мои дальнейшие хлопоты.
Освящение и открытие нового дома совершено было с больше торжественностью. В народном доме собрались: командующий войсками генерал Плеве, должностные лица г. Москвы, представители от городского самоуправления, дворянства, мещанского и ремесленного сословий, обществ трезвости, члены Комитета, служащие Попечительства и многие другие лица.
Молебствие и освящение дома совершены были митрополитом Московским Владимиром и епископом Анастасием. Митрополит произнес речь, в которой призывал всех, особенно русскую женщину, по мере сил и возможности принять участие в борьбе с пьянством. Надо заметить, что митрополит Владимир был первым из митрополитов в Москве, строго преследовавшим пьянство, при немна торжественных обедах в монастырях в дни праздников прекращено было подавать не только водку, но и вино, на столах стоял только квас и фруктовые воды. Такое новшество было особенно заметно в Троице-Сергиевой лавре, где до митрополита Владимир в дни празднования Преподобного Сергия 5 июля и 25 сентября наторжественных обедах весь стол был всегда сплошь уставлен разными винами, а закусочный стол — разными водками.
По окончании молебствия я неожиданно для всех прочел депешу, полученную мною из Ливадии от министра двора о последовавшем высочайшем соизволении на присвоение народному дому имени наследника. Так как я никому не говорил о моей переписке с бароном Фредериксом и все полагали, что я буду хлопотать об этом только по возвращении Государя из Ливадии, то это известие вызвало общий восторг — звуки народного гимна слились с криками "ура" всех присутствовавших. Затем мною был прочитан текст телеграммы на имя Государя, которую я предложил вниманию присутствовавших и которая по одобрении ее текста была послана за подписью митрополита Владимира и моей. [...]
По окончании торжества собравшиеся осматривали помещения нового народного дома. Обширная, прекрасно освещенная огромными окнами столовая вмещала около 100 обеденных столов черного полированного мрамора; вечером вся она была залита электрическим светом; в центре столовой помещался большой портрет Государя императора во весь рост, затем по бокам портреты Государынь императриц и наследника. Кроме этого портрета цесаревича над деревянной панелью был развешан ряд фотографий наследника, начиная с первого года его рождения, которые когда-либо были сняты. По мере появления новых фотографий они приобретались Попечительством и в хронологическом порядке развешивались; таким образом, вся жизнь наследника, имя которого возглавляло народный дом, была перед глазами посетителей.
Кухня отделена была от столовой стеклянной стеной; щегольски отделанные приборы ее, как то плита, кипятильники, котлы для варки жидкой пищи, отапливались газом; машины для чистки картофеля, для рубки мяса и резки хлеба работали при помощи электрической энергии. Судомойня, также отделенная от столовой только стеклянной стеной, получала горячую воду из никелированного газового кипятильника. Рядом со столовой помещалась контора народного дома, а под нею обширная читальня-библиотека и канцелярия Попечительства.
После осмотра все присутствовавшие разместились за столиками и им предложен был чай, а вечером в 8 часов у меня в доме состоялся обед, на который я пригласил всех членов Комитета, заведовавших отделами и домами, а также и строителей нового народного дома.
Читальня-библиотека соединяла в себе бесплатную читальню и платную библиотеку для выдачи книг на дом. В бесплатной читальне были исключительно книги сокращенного каталога, разрешенные для чтения в народных читальнях, в библиотеке же для выдачи книг на дом имелись книги, вообще разрешенные цензурой, без какого-либо ограничения. Чтоб иметь на это право, библиотека была сделана платной. Плата эта была вполне доступная — 15 коп. в месяц при залоге в 1 рубль. Таких читален-библиотек в то время в Попечительстве насчитывалось девять в разных концах города. С первых же дней читальня-библиотека нового дома была осаждена посетителями, количество посещений в бесплатной читальне за 3 последних месяца года было 3884, количество же подписчиков достигло 500. По образованию наибольший процент дали в бесплатных читальнях окончившие сельские школы, а в библиотеках — средние учебные заведения, по занятиям — наибольший процент в читальнях составили рабочие, в библиотеках — учащиеся.
Свободное копирование
