Вдохновение - 1

Раздел двадцатый

 Глава 88

 ВДОХНОВЕНИЕ

 На фото родители, учащиеся, преподаватели ДШИ на выставке художников Пантелеева В.П. - преподавателя художественного отделения и художника Цибизовой Л.П. в реконструированных помещениях ДШИ. (Март 2001г.)

 Я никогда не пряталась от сложностей, не бежала от них. Мне интересно было решать проблемы, раз уж они были, хотя и требовали иногда напряжения всех сил.

 Но первое, что, думаю, надо отметить. Директор ДШИ не должен заниматься строительством, иначе сил и времени не остаётся для реализации собственных сугубо профессиональных потенциала и возможностей. Однако, в тех обстоятельствах стройку начинать нужно было.

 Сейчас с удовольствием бы продолжила концертную деятельность, хотя бы и на общественных началах, в качестве вокалистки, руководителя хора, скажем, даже в общеобразовательной школе. Там ещё и полезнее для детей, которых в школе много, а уроков музыки так и нет... Увы, в данный момент (уже 6 лет) я лишена голоса, возможности играть на фортепьяно. Может быть, всё ещё «образуется», но пока эта тема для меня закрыта.

 Давно, лет 10-15 назад, у меня возникла мысль когда-нибудь подвести некоторый итог моей «музыкально-приключенческой» деятельности. После увольнения, кажется, такой момент настал. Толчком явились постпереживания событий, предшествовавших уходу из школы. Это – тема предательства. Этого человека я считала своим единомышленником. Долго. После «расставания» с коллективом обстоятельства обрастали мелочами, материализовались, становились явными, хотя и в прошедшем времени.

 Моё дружеское расположение начало «таять», отходить на второй-третий план, когда дело коснулось оценки деятельности этого педагога, который, будучи «в бодром здравии и доброй памяти», стал злоупотреблять доверием и ответственностью, возложенными на него перед коллективом, хотя, при удобном случае, провозглашал правильные общие и профессиональные истины. С кого же прежде всего спрашивать? Не с больного же. Ему сначала надо помочь…

 Свершилось! Я начала писать книгу. Я и вдруг на пенсии. И не помышляла об этом. Как это утром не идти на работу? Примерно, полгода я отвечала себе на этот вопрос. Со временем, мне понравилось по утрам никуда не торопиться. С октября 2003 по март 2004 года упорно сидела за компьютером, пока он не сломался. Компьютер БэУшный, маломощный.

 Наденька

 В середине апреля 2004 года к нам приехала из Тосно внучка Александра Николаевича Наденька, в возрасте около шести лет.

Как-то мне пришла в голову мысль отдать её в музыкальную школу хотя бы на месяц, полтора, чтобы подготовиться к сентябрю. Поводом послужило моё открытие.

 Однажды я попыталась воспроизвести во второй октаве известный припев из «Черноглазой казачки» А. Новикова. Голос, как бы, «ожил», даже обозначился тембр. Так иногда, правда, редко случается. Каково было моё изумление, когда стоявшая рядом Надя точно повторила этот мотивчик в той же октаве, неизвестно откуда взявшимся у неё голосом с тембровой окраской! Решение было мгновенным: ребёнка надо учить музыке: ритм отличный, иногда детонация, «непопадание» на ноту, но это поддается развитию при систематических занятиях. Артистизм, непосредственность самовыражения – налицо, дикция дана от природы. Инициативна, эмоциональна.

 Прежде, чем идти в школу, мы решили некоторое время позаниматься дома. Осваиваем названия нот, их местоположение на нотном стане. Двигаемся медленно, чтобы успевать осмысливать.

Что же я замечаю? Садимся за инструмент. Тишина…

- И – и, начали, Наденька, - а в ответ - тишина.

- Наденька, ну же, давай. – Тихо. Голова слегка опущена.- Поднимай ручку, вспоминай.

Собравшись с духом, поднимает руку. На полпути останавливает и возвращает руку в «исходное» положение.

- Наденька! В чем дело? Что случилось? Помнишь, как надо ставить пальчики? На кончики. А форма кисти? Правильно, как будто в ней лежит яблоко. Первые два урока прошли

относительно благополучно. На третьем вместо занятий за фортепиано она попросила писать ноты:

- А можно мы будем писать, ммм, как он называется?

- Скрипичный ключ?

- Да! Да! Можно?

- Хорошо. Задала ей задание: писать скрипичный ключ по элементам.

Ей очень понравилось это задание, и вскоре она попросила написать ключ целиком. Надо сказать, это у неё получилось очень быстро. Я её похвалила. Она и рада стараться:

- Напиши мне его и здесь, и здесь, -

попросила она, показывая на начало новых строчек. Писала она с удовольствием и успешно.

 Следующий урок прошел не так мирно. Мне стоило больших усилий, чтобы она начала играть. Долгое молчание и бездействие. Мне показалось, ей трудно дается сделать первое усилие над собой. Но вслух я это объяснила ни чем иным, как её ленью. Я слегка напустилась на неё. Читала она пока ещё по складам.

- Надя, ведь ты скоро пойдешь в школу. Учитель будет работать с тобой, о чём-то спрашивать, а ты что, будешь так же молчать? Учитель подумает, что ты ничего не знаешь, поэтому и молчишь. И будут у тебя одни двойки. В музыкальной школе урок проходит очень быстро, а если ты половину урока будешь молчать, учитель не успеет тебя чему-то научить, потому что останется очень мало времени, поэтому ты будешь постоянно что-то не успевать, будешь отставать, а отстающих выгоняют из школы. Наоборот, нужно стараться за урок сделать как можно больше, чтобы больше узнать. Тогда у тебя многое будет получаться.

 Это подействовало на неё: она стала активнее, но ненадолго. Назавтра всё повторилось. Особенно чувствовался её внутренний протест, когда я стала рукой касаться её пальчиков, кисти в моменты её неправильного прикосновения к клавиатуре, нарушения формообразования кисти, появления напряжения в плече.

 - Надя, когда ты пойдешь в школу, ты узнаешь, что это обычное ведение урока. Педагог будет тебя поправлять во время игры, а ты должна чутко слушать и слышать то, о чём говорит педагог, исправлять свои ошибки и запоминать, чтобы работать над ними дома.

 Этот ребёнок настолько тонок и хрупок, как «хворостинка». Наметилась некоторая особенность в её поведении: она очень любит играть в прятки. Будучи тоненькой, она, свернувшись вдвое – втрое, способна была спрятаться под стулом, табуретом, быть незаметной за любым выступом. Так что, перед занятием мне предстояло прежде найти её в квартире.

 Здесь я шла у неё на поводу, чтобы ей было интересно, чтобы возбудить в ней игровой азарт. Но это я допускала лишь некоторое время, до тех пор, пока этот «азарт» не стал переходить в баловство на уроке. Надюшка, вместо серьёзной работы на уроке, стала допускать нарочитую игру взглядом, изменять посадку за инструментом до неузнаваемости и смотрит, какое впечатление производят на меня все её «нововведения». Пришло время дать отпор, иначе легкомысленное отношение к работе за инструментом пустит нежелательные корни. Я стала её ругать.

- Надя, нельзя так вести себя на уроках. Такого поведения не допустит на уроке ни один учитель. Ты что себе позволяешь? За такое поведение тебя выгонят из общеобразовательной школы и не примут в музыкальную. А если и примут, то быстренько выгонят.

 Она ждала первого урока в музыкальной школе. Прозанимавшись там три урока, она срочно запросилась домой, к маме. Она ещё никак не созрела к каким бы то ни было серьёзным занятиям. Детский сад, да и только. Чтобы она скорее «взрослела», я ставила её в обстоятельства, будто она в школе, и от неё требуется серьёзное и ответственное отношение ко всему, что она делает, но Надя явно не хотела становиться «взрослой». Уроки в форме игры, веселые розыгрыши ей больше импонировали. Тем не менее, я старалась насытить её самой элементарной музыкальной информацией и думала, что она в одно её ухо влетает, в другое – вылетает.

 В конце мая мы расстались, крайне недовольные друг другом: она – предъявляемыми к ней требованиями, я – бесконечной её ленью и «безответственностью».

 В августе я обратилась за помощью к спонсорам – молодым людям из г Санкт-Петербурга Корж Вадиму Алексеевичу и Блохину Вадиму Владимировичу, и в начале октября «обновленный» компьютер заработал, за что я была им благодарна. Однако, его «хватило» до начала декабря. Далее последовал ещё не один ремонт, которые так же обеспечил Блохин В.В., – мастер-любитель компьютерного дела, руководитель ООО «Любань Лес».