Эжен Делакруа. Дневник - 539

Пятница, 25 ноября

Посещение министром Фортуль и префектом ратуши.

Вечером этот страшный Дюма, который никогда не выпускает добычи, пришел и набросился на меня в полночь, со своей тетрадью в руке. Бог знает, что он будет делать со сведениями, которые я ему по глупости сообщил!

Я его очень люблю, но я состою из других элементов, и мы идем к совершенно различным целям. Его публика — не моя публика, и один из нас, по-видимому, совершенно сумасшедший.

Он мне оставил первые выпуски своего дневника, который очарователен.

Суббота, 26 ноября

Мне продуло шею. Погода сумрачная. Прохаживаюсь по мастерской, где теперь ночую.

Сделал несколько набросков с фламандской серии Метаморфоз.

В четыре часа был у Риве; он был еще приветливее, чем всегда. Он очень хвалил мою реплику Положения во гроб для Тома.

Вечером — Лукреция Борджиа[1]. Было занимательно от начала до конца, еще больше, чем в тот вечер, когда слушал Ченерентолу. Музыка, актеры, декорации, костюмы — все заинтересовало меня. В этот вечер я многое простил несчастному Доницетти, теперь уже умершему, которому я отдал, наконец, должное, следуя в этом, увы, примеру всех смертных и даже лучших из них. Все мы несправедливы к талантам современников. Мне очень понравился хор людей в плащах и декорация, изображавшая лестницу в саду при лунном свете. К этому итальянскому изяществу примешиваются некоторые реминисценции Мейербера, прекрасно уживающиеся с ним, в конце концов. Особенное удовольствие доставила мне следующая за хором ария, исполненная Марио,— это была вторая исправленная несправедливость; я нашел его сегодня восхитительным. Это похоже на внезапные приступы любви, которые вдруг, после нескольких лет, вызывает в нас человек, которого мы постоянно встречали, но к которому оставались равнодушными. Вот прекрасная школа Россини; он заимствовал у него все лучшее, между прочим и эти интродукции, приводящие душу зрителя в то состояние, какое хочет сообщить ой автор. Ему же он обязан, так же как и Беллини, этими таинственными хорами, наподобие того, о котором я говорил... Хор жрецов в Семирамиде и пр.