Четверг, 27 октября
Не могу работать!.. Что это — плохое настроение или итог мысли о том, что послезавтра я уезжаю?
Прогулки по саду и, главное, остановки под тополями Байве; эти тополя и особенно голландские тополя, по-осеннему пожелтевшие, имеют для меня неотразимую привлекательность. Я прилег под ними и смотрел, как выделяются они на синеве неба и как ветер срываете них листья, осыпающиеся возле меня. На этот раз, как всегда, удовольствие, которое они доставляли мне, коренилось в моих воспоминаниях об этих же предметах, виденных мной в те времена, когда меня еще окружали любимые существа. Это чувство как бы дополняет наслаждения, которые может доставлять нам природа. Я испытал его в прошлом году в Дьеппе, любуясь морем, и снова испытываю его здесь. Я не мог оторваться от этой прозрачной воды под ивами и в особенности от большого тополя и голландских тополей.
Возвратясь в сад, помогал собирать урожай. Солнце, хотя и припекало, наполняло меня чувством радости жизни.
Я покидаю все это без отвращения к работе и к той жизни, какая ждет меня в Париже, но и без усталости, прекрасно сознавая, что я смог бы провести таким образом еще гораздо больше времени среди этого спокойного одиночества, лишенного всего, что принято называть развлечениями. Пока я лежал там, под милыми мне тополями, я издали видел шляпы и лица нарядной публики, катающейся в экипажах, не видных мне из-за забора. Они ехали в Суази или возвращались оттуда, ища развлечений у своих знакомых, любуясь лошадьми и упряжью, пускаясь в пустые разговоры, которыми довольствуются светские люди. Они бегут из своих домов, но не в силах убежать от самих себя; в них самих заложено отвращение к настоящему покою вместе с непреодолимой ленью, мешающей им находить для себя настоящие удовольствия.
Вечером собирался пойти к Барбье, днем к г-же Вийо и к мэру; но не мог побороть восхитительной лени. Это простительно, так как она доставляла мне удовольствие.