Весной 1856 года старая наша знакомая княжна Елена Ивановна Касаткина-Ростовская{} просила мою сестру, А. И. Викулину, познакомить с нею Михаила Дмитриевича Засецкого{}, которому, по словам Касаткиной, очень нравится старшая дочь моей сестры, Валентина{}, и который был бы для нее хорошим женихом. Не было причины отказать в приеме Засецкого в доме сестры; замечу, что 23 года назад та же Касаткина сватала сестру мою за родного брата М. Д. Засецкого, Анд рея. М. Д. Засецкий по прошествии некоторого времени сделал предложение; сестра моя отвечала, что она переговорит с дочерью и со мной. Большая разность лет между Засецким (ему было 42 года) и моей племянницей (ей было 19 лет), некоторые странности в жизни старого холостяка и какие-то особые манеры в обращении сделали меня противником предполагавшейся женитьбы, так как по красоте, уму, доброте и довольно богатому приданому моей племянницы я надеялся, что она сделает то, что в свете называют хорошей партией. Она с ребячества отличалась необыкновенной мягкостью и никогда ни в чем, не только матери, но и никому не противоречила.
Все время ее замужества она постоянно делала только угодное мужу, никогда не заявляя своих желаний. Один раз во всю ее жизнь она высказала свое желание весьма решительно. Когда сестра объявила ей о сделанном предложении и моем на него взгляде, который разделяла и сестра, она отвечала, что согласна на предложение Засецкого, но, конечно, если ее мать или даже дядя (т. е. я) этого не желают, то предложение Засецкого она просит считать как бы не бывшим и поступит согласно моей и ее матери воли, которая, конечно, направлена к ее пользе. После столь положительного объяснения такой мягкой, как воск, девочки, конечно, последовало согласие и ее матери и мое. Свадьба была в середине лета; у Засецкого посаженой матерью была его бабка, почти столетняя, но довольно бодрая старуха. {О Засецком не раз будет упоминаться в следующих главах "Моих воспоминаний".}
Свободное копирование
