10 апреля, в 20.34 по московскому времени с космодрома Байконур стартовал очередной интернациональный экипаж (четвертый рейс по программе «Интеркосмос»): Николай Рукавишников (СССР) и Георгий Иванов (Болгария). Мало кто знал, что этому полету предшествовала весьма необычная ситуация, первая из подобных в истории космонавтики. Состояла она в следующем. Дело в том, что болгарский космонавт носил весьма распространенную у него на родине фамилию Какалов, которая в Советском Союзе воспринималась иначе — неприлично. Ни один диктор Советского радио и телевидения не согласился бы произносить ее в эфире, прекрасно зная, какую реакцию это вызовет у публики. То бишь требовалось срочно ее поменять на что-то благозвучное. Вопрос решался в самом ЦК КПСС, причем в течение нескольких дней. Эту проблему согласовывали с болгарской стороной, которая, в принципе, была не против такой замены, но упирался сам космонавт — ему его фамилия была дорога. Однако, когда ему пригрозили, что в таком случае в космос вместо него полетит другой человек, космонавт вынужден был согласиться. И взял фамилию Иванов, которая была то ли у его отца, то ли у матери.
Леонид Быков в Киеве готовится к съемкам нового фильма — «Пришелец». А ведь совсем недавно дела у Быкова шли из рук вон плохо. После того как его сына едва не отправили за решетку и заменили ему тюрьму отбыванием наказания в психушке (на год), Быков собрался навсегда уйти из кинематографа. Он написал заявление, однако директор Киностудии имени Довженко отказался его принять. Тогда Быков отдал заявление секретарю под роспись. Директор немедленно позвонил самому 1-му секретарю ЦК КП Украины Владимиру Щербицкому, который единственный мог хоть как-то воздействовать на режиссера и актера. Щербицкий вызвал Быкова к себе. Их встреча продолжалась больше часа. О чем они говорили за плотно закрытыми дверями, неизвестно, однако, выйдя оттуда, Быков свое заявление забрал. Вскоре в Комитете кинематографии Украины специально для Быкова был подобран сценарий — комедия «Пришелец». В ней Быкову предстояло сыграть сразу две роли — совершенно непохожих друг на друга двойников из параллельных миров. Многие тогда удивились выбору Быкова — ведь до этого он снимал серьезные вещи, а тут вдруг комедия. Но это была не просто комедия, а философская. Этим фильмом он хотел разобраться и попробовать ответить на некоторые вопросы окружающего его бытия при помощи фантастики. Например, устами Быкова пришелец Глоуз произносил такой монолог: «Я понял смысл таких архаичных, рудиментарных явлений, как угодничество и карьеризм, равнодушие и рвачество, демагогия и дефицит. И прочих явлений, столь редко встречающихся на земле».
Свободное копирование
