10 июля другая супружеская чета — Олег и Елизавета Даль — тоже покинули столицу. Только в отличие от Высоцкого и Влади их путь лежал не в Парижи и Кельны, а в самую что ни на есть российскую глубинку — в Карелию, в славный город Петрозаводск, где вскоре должны были начаться съемки фильма «Утиная охота». Далю в нем предстояло играть главную роль — Зилова. Между тем путь к этой роли у Даля был непростой. Когда актер узнал, что на «Ленфильме» режиссер Виталий Мельников готовится к экранизации пьесы Александра Вампилова, он был твердо уверен в том, что именно его без всяких проб пригласят на роль Зилова. Но режиссер тогда этого не сделал. И Даль обиделся. Так сильно, что даже когда ему все-таки позвонили со студии и предложили эту роль, он категорически отказался от нее. Его уговаривали несколько дней, он ломался, растягивая паузу, и, когда ситуация накалилась до нужного ему предела, дал свое согласие.
На «Мосфильме» Владимир Меньшов подыскивает актеров на главные роли в картину «Москва слезам не верит». За последний месяц он перепробовал множество актрис на роли трех главных героинь, но ни одна из них его не устроила. Хотя, нет: Ирина Купченко имела все шансы сыграть Катерину, но отказалась от нее сама: сказала, что эта работа ее совершенно не интересует. И тогда Меньшов предложил эту роль своей жене Вере Алентовой. Та, кстати, тоже, прочитав сценарий, сказала: ну и мура. Но на пробы пришла (7—12 июля). И вроде бы неплохо отыграла. Именно она и была утверждена в этой роли.
В эти же дни в Москве и других городах состоялись судебные процессы над видными деятелями диссидентского движения. Так, в столице 10–13 июля судили Натана Щаранского (он обвинялся в шпионаже и передаче иностранным разведкам государственных секретов), в Калуге — Александра Гинзбурга, в Вильнюсе — Виктора Пяткуса, в Городне, что на Украине, — Льва Лукьяненко (трое последних обвинялись в антисоветской агитации и пропаганде). Особенность этих процессов была в том, что все обвиняемые отказались признавать себя виновными. Во всем остальном они ничем не отличались от предыдущих: родных и друзей обвиняемых на них не пускали, иностранных корреспондентов тоже. И приговоры были такие же высокие: Щаранский получил 13 лет, Гинзбург — 8, Пяткус и Лукьяненко — 10.
Несколько особняком стоял суд над предателем родины Анатолием Филатовым, который в течение нескольких лет работал на американскую разведку. Здесь приговор был еще более суров — расстрел. Впрочем, за измену родине меньше и не давали.
Свободное копирование
