22 декабря по телевидению показали добрую старую ленту 60-го года выпуска «Ждите писем». Одну из главных ролей в нем играла актриса Александра Завьялова, прогремевшая на всю страну ролью Пистимеи Морозовой в телесериале «Тени исчезают в полдень». Между тем практически никто из тех, кто в тот вечер смотрел «Ждите писем», даже не догадывался о том, в каком жутком состоянии находится популярная актриса.
Беды Завьяловой начались практически сразу после выхода на экран «Теней». Когда отмечалась его премьера, пригласили всех участников фильма… кроме Завьяловой. Несмотря на ошеломительный успех ленты, Завьялову отлучили от кинематографа. Ее перестали приглашать сниматься, а то, что ей присвоено звание заслуженной артистки РСФСР, она и вовсе узнала из газет. Время для Завьяловой остановилось: она могла целыми днями лежать на диване в своей ленинградской квартире, смотреть в потолок и плакать. Короче, полное забвение в кино вылилось в глубокую депрессию. Так могло продолжаться до бесконечности, если бы актриса не совершила мужественный шаг. В 76-м, когда ей исполнилось 40 лет, Завьялова родила второго ребенка (дочери на тот момент было уже двенадцать). Казалось, что после этого в ее душе наступит покой. Но получилось иначе. Вскоре после рождения сына Завьялову упекли… в психушку. Вот как об этом вспоминает сама актриса:
«Когда раздался резкий звонок в дверь, я посмотрела на часы — два часа ночи. Спрашиваю: «Кто там?» — «Откройте, врачи, нужна ваша помощь». Я, конечно, открыла. Ворвались двое в белых халатах, огромные, страшные, настоящие бандиты! Заломили грубо руки за спину и поволокли вниз по лестнице. Я кричу: «Оставьте меня в покое, пожалейте моих детей!» Все это произошло на их глазах: дочери только 12 исполнилось, а сын был еще грудным. Никто не пожалел, никто не пришел на помощь, несмотря на мои крики. Меня посадили в машину и увезли, не объясняя куда. Машина затормозила у какого-то серого здания с решетками. В комнате без окон заставили надеть казенную рубашку, потом отвели в палату, молча указав на постель у окна. Я легла, меня сильно знобило, мысли о детях не оставляли — ведь они остались одни! Подошла какая-то женщина с безумными глазами и стала что-то кричать прямо в лицо. И только тогда я поняла, что нахожусь в психиатрической больнице. До сих пор не могу об этом вспоминать без содрогания.
…Меня держали особняком и от больных, и от врачей — перевели в отдельную палату, со мной не разговаривали, не пускали посетителей, не лечили, хотя я в этом нуждалась после ужаса происшедшего. Домой я вернулась только через два месяца. Меня встретила пустая и холодная квартира: все, что заработала, было унесено грабителями. Меха, бриллианты, фарфор. Что касается детей… Танечку взял к себе ее отец, а сына забрали в детский дом и долго потом мне не отдавали. Через год меня снова увезли в лечебницу, но уже вместе с сыном. На этот раз с помощью угроз и шантажа врачи заставили написать заявление о выходе на инвалидность. Я испугалась, что иначе будут держать там вечно, и согласилась… Тем самым я подписала себе смертный приговор — после этого я потеряла «Ленфильм» и 25 лет жизни: не снималась в кино, меня забыли, вычеркнули из памяти…»
Позволю себе не согласиться с последними словами актрисы: ее не забыли. Несмотря на те ужасные события, которые с ней произошли, тогдашнее телевидение периодически демонстрировало фильмы с ее участием. Я сам очень любил большинство из этих картин: и «Ждите писем», и «Встречу у старой мечети», и «Сергея Лазо», и бесподобную «Алешкину любовь». Правда, сериал «Тени исчезают в полдень» с середины 70-х показывать прекратили (последний раз показали в феврале 75-го, после чего положили на полку почти на десять лет).
Но вернемся в декабрь 76-го.
Свободное копирование
