30.08.48. Пон. Идём на аэродром. Раннее утро. Тишина. Гулко. Слышны далёкие голоса петухов. Восходит солнце. Под его лучами оживает природа. Пение птиц. Орлы парят в небе. Но вот загудели моторы, спугнув тишину, птиц. На аэродроме властвуют моторы и самолёты, команды: «От винта!», «Убрать колодки!». Они завладевают моим вниманием. Благодать природы исчезает. Суета полётов охватывает всё. Аэродром - это романтика, героика и работа, труд. И это всё тебя вдохновляет. Тебе хочется летать, активно трудиться, чтобы этот процесс, в котором тебе хорошо, не остановился. Я сделал четыре полёта. Но вот изменился ветер, полёты остановлены. Капитан Савченко, шевеля усами, своим хрипловатым голосом даёт команды:
- Первое звено берёт имущество квадрата. Второе - собирает флажки. Третье - полотнища. И быстро за мной!
Курсанты хватают скамейки, столы, собирают флажки, колодки.
- Быстро! Быстро! - кричит Савченко строго, но с неизменной улыбкой на лице. - Хватай, чтоб товарищу не досталось.
Мы так и делаем. Стараемся на себя нагрузить максимум. Старт должен быть сменён быстро, чтобы не потерять время полётов. Капитан быстро идёт на новое место, держа в руке большой авиационный флаг руководителя полётов, подъём которого означает начало полётов, а снятие - конец. Мы - за капитаном. Идём долго, наслаждаясь игрой травы на ветру.
Капитан останавливается. Поднимает высоко флаг, проверяя направление ветра, и втыкает его в землю. Мы тут же по ветру обозначаем белыми флажками квадрат, расставляем столы, скамейки. Обозначается линия предварительного и основного старта для взлёта самолётов. Линия заправки самолётов. Полотнищами обозначается новая посадочная полоса. Вновь загудели самолёты.
31.08.48. Вт. Курсанты уже привыкли к аэродромной жизни, начали допускать вольности, переходы без строя, проскакивают впереди самолётов с работающими моторами и пр. Командир то и дело делает замечание инструкторам.
- Старший лейтенант Кокарев, почему ваш курсант опоздал встретить самолёт. Наведите порядок. Что это за строй такой. Капитан Перфилов, это ваши? Капитан Кетов, наведите в звене порядок.
Вскоре комэск закрывает полёты. Нас строят. Командир говорит:
- Товарищи офицеры, курсанты, механики при таком порядке нельзя проводить полёты! У меня нет претензий только к мерину «Авиатору». Даю час. По звеньям и группам разобрать недостатки и доложить о мерах.
- А «Авиатора» выпрячь? - спрашивает адъютант.
- «Авиатору» от моего имени объявите благодарность и отпустите на час. Какая это у него благодарность? - серьёзно спрашивает командир адъютанта
- Двадцать первая, - козыряет тот.
- Слышали, товарищи курсанты. Лошадь понимает свой служебный долг. А вы не в состоянии этого понять.
Весь этот юмор разыгрывается серьёзно. Лишь в глазах Савченко проблеск ухмылки. Нас душит смех, но под пристальным взглядом командира мы не позволяем себе даже улыбнуться. Но у Журбы прорывается смех.
- Это кто позволяет себе смех в строю. Капитан Лобанов поручите этому несерьёзному курсанту собрать помёт «Авиатора»
Нас разводят по звеньям. Мы удручены. Час лётного времени потерян из-за нашей вольности, халатности. Командир звена нас строго журит. Потом мы повторяем правила поведения на аэродроме. Вскоре снова начались полёты. Журба идёт собирать конский помёт. Малышев, глядя на «Авиатора», говорит:
- Отличник боевой и политической подготовки. Настоящий сталинский сокол
- Не сокол, - поправляю его, - а мерин.
- Лёша, смотри, чтоб тебя за «сталинского мерина» не взгрели, - предупреждает меня Коля Афанасьев.
Наша шутка дошла до командира звена. На послеполётном построении он говорит, глядя то на Малышева, то на меня:
- Некоторые пытаются дать «Авиатору» новое имя. Они рискуют остаться вне авиации.
Мы затаились.
Приходим с полётов в казарму и узнаём, что умер Жданов Андрей Александрович, выдающийся партийный и государственный деятель, член политбюро ЦК ВКП(б), близкий соратник Сталина. Новость быстро облетает личный состав. Появляются траурные флаги, выставлены портреты в казармах. Это нас удручает. Всякая смерть выдающихся деятелей страны вызывает тревогу. Уходят революционеры. Будет ли им надёжная замена. О смерти Сталина никто даже подумать не смеет. Всем кажется, что он бессмертный. Но ведь когда-то и он умрёт. Что тогда будет? Умрёт гений управления социалистической страной. Кто его заменит? Есть ли в стране другой такой мыслитель, человек железной воли и выдающихся организаторских способностей? Но есть ещё люди преданные революции и мы верим, что всё в стране будет хорошо.
Свободное копирование
