26.08.48. Чет. В полёте стараюсь быть смелым. Но это не просто. Часто приходит испуг то в одной, то в другой обстановке. Не трус ли я по природе? Думаю, что пугаюсь чаще от недостатка внимания, неспособности видеть всю обстановку в самолёте и вне его. Чуть задержишь взгляд на приборах, как чувствуешь, что самолёт куда-то валится. Вздрогнешь от неожиданного чувства, взглянешь наружу, а самолёт летит ровно. Непонятный испуг. Пугают неожиданные очень резкие подъемы и провалы самолёта в воздушных потоках. Их мы называем «воздушными ямами», «воздушными буграми». У земли часто порыв ветра налетит, резко тряхнёт или накренит самолёт. Как не испугаться без привычки. Очень хочется научиться ничего не бояться. Но возможно ли это? Думаю, что научиться ничего не бояться, не реально. Чувство боязни - это ведь инстинкт самозащиты, сигнал предупреждения об опасности. Это чувство не надо стараться уничтожить. Наоборот, надо научиться немедленно реагировать на этот сигнал, мгновенно оценивать обстановку, грамотно упредить опасность. Порассуждал и успокоил себя, что боязнь это ещё не трусость. Трус тот, кто уклоняется от борьбы с опасностью. А если испуг тебя мобилизует на борьбу с опасностью, то он твой друг, а не враг.
27.08.48. Пят. С утра полёты задержались. Был туман. Ждали, когда рассеется. Переживали, что срываются полёты. Ведь программу на Ут-2 надо обязательно закончить к зиме, чтобы весной начать летать на переходном учебно-тренировочном самолёте Як-11. Ещё нас волновал туман потому, что во время полётов нам дают второй завтрак, а если полётов нет, то его мы не получаем. Завтрак уже привезли, а полётов нет. Нужен вылет хоть одного самолёта. Ждём нетерпеливо, молимся на небо и командира, который должен принять решение на начало полётов.
Туман медленно поднимается, образуя облачность. Нам надо, чтобы нижний край облаков, был на высоте не ниже 400 метров. Метеоролог периодически высчитывает высоту облаков, запуская воздушный зонд и, засекает время, когда он скроется в облаках. Облачность плывёт над нами на 50 метров, потом на 100, через полчаса на 200. Вот уже триста. Ну, скорее же! И вот команда: «По самолётам!». Провожаем в полёт Терещенко и сами бегом к раздаче второго завтрака. Дождались 200 граммов белого хлеба. 25 граммов сливочного масла. 20 граммов сахара. Чай. Какое наслаждение для нас белый хлеб с маслом и сладкий чай. Мечта спецшкольника. Теперь реальность.
Несмотря на то, что нам приходится много учиться, летать, работать на аэродроме, мы поправляемся. Худеют только те, кому приходится переживать неуспех в полётах. Как же - в опасности мечта стать лётчиком. Очень переживает Слава Корниенко. Мне, кажется, что он сам себя обрекает на отчисление, паникуя и падая духом.
Свободное копирование
