17 марта
В связи с приближающимся отъездом в Европу много суеты: пароходные билеты, визы, разговоры с Хенселем, который, оказывается, хочет с меня двадцать процентов, а я настаиваю на пятнадцати, как было до сих пор.
Самым приятным было свидание с Энгелем, чтобы окончательно решить заказ квартета для Вашингтонской библиотеки: тысяча долларов к первому января 1931 года, всё на слово. Так как Энгель стал теперь во главе Ширмера, я спросил его, не взял бы ли он представительство нашего издательства, так как теперешний представитель Максвел, вследствие своей невыносимой задирчивости, испортил нам отношения со всеми американскими оркестрами. К удивлению, Энгель сказал: «С удовольствием», поэтому я немедленно принялся за длинное письмо Кусевицкому.
От Судейкина поступили сведения неприятные: Гатти про либретто «Ангела» высказался, что оно «неприемлемо», и таким образом во второй раз прокатил меня, через десять лет после первого. Впрочем, сейчас же был выставлен «Игрок», и Гатти сказал, что такой сюжет может прийтись больше ко двору.
Свободное копирование
