23 февраля -1 марта
Двадцать третьего приехал в Чикаго и поселился в Congress Hotel, где уже стоял рояль, что очень важно, так как надо было повторить 1-й Концерт. Появился сейчас же Готлиб - с цветами, он думал, что со мной приезжает и Пташка. Со времени последнего приезда в Америку, я отстранился от него, но он оказался таким же преданным, услужливым и... слегка бестактным.
Двадать пятого я играл 1-й Концерт и дирижировал Дивертисментом (первое исполнение в Америке). Двадцать восьмого и первого - 2-й Концерт и три номера из «Стального скока». Сток простудился и уехал поправляться. Дирижировал Делямартр, как и в 1918 году, - человек музыкальный, но машущий как варёная муха. К тому же он не выучил партитуры и не знал, чего требовать от оркестра. Так что аккомпанементы Концертов фактически разучивал я, стоя за спиной Делямартра. Также, став за пульт для Дивертисмента и «Стального скока», я, после анемичного Делямартра, чувствовал себя заправским дирижёром, знал, что надо требовать от оркестра, и дирижировал гораздо лучше, чем теми же вещами в Париже и Cleveland. Результат: «Стальной скок» в первый раз имел успех в концерте (громкие аплодисменты после поезда). Дивертисмент тоже был сыгран неплохо (несмотря на одну репетицию), но успех средний. Кто бы мог подумать, что эта вещь неприемлема по первому слушанью! Но, разумеется, самый большой успех имели оба Концерта, особенно Второй. Критика пёстрая о композиторе и единодушно хвалебная о пианисте и дирижёре. Вообще я выхожу в люди как дирижёр. Оркестр отличный, и ко мне относился хорошо, но у него сто восемьдесят пять концертов в году, и потому он никогда не может достаточно репетировать.
Из старых знакомых видел Больмов, Анисфельдов, Карпентеров, доктора Шмидта. Последний мне устроил большой обед, на котором была и Пташка, подъехавшая из Калифорнии. После неудачи в JIoc Анжелесе, она хорошо спела на частном концерте в Santa Barbara, и это подняло её дух. Самостоятельное путешествие из Santa Barbara в Чикаго она тоже совершила благополучно. Первого марта я отправил её в Detroit вперёд одну, чтобы она там успела выспаться перед концертом.
Чикагская опера была в отъезде, но вообще она сейчас в таких руках, что на неё надежды плохи. Построили новый театр, с хорошей акустикой, но вульгарной отделкой. Все жалеют о старом. Декорации «Апельсинов» сгорели во время небольшого пожара. Шутя, я сказал Карпентеру:
- Это, конечно, Johnson поджог?
Карпентер:
- Я тоже думаю, так как декорации моего балета сгорели одновременно, а он одинаково не любит нас.
Свободное копирование
