7 февраля
Так и есть: утром надо составлять с Судейкиным сокращённое либретто, вечером самый важный концерт, а голова тяжёлая. Тем не менее пошёл к Судейкину, но делом не занимались. Он рассказывал мне интересные вещи про Дягилева, который в молодости ездил в специальный немецкий санаторий, чтобы избавиться от дурной наклонности (следовало описание санатория), но ничего не помогло. Затем Судейкин расспрашивал про мою биографию, и я, увлёкшись рассказами об окончании Консерватории, о первой встрече с Дягилевым, про жизнь в Саблине и путь в Америку, не заметил, как прошла голова. «Это вам была отличная полировка крови», - сказал Судейкин.
Сегодняшнего концерта я побаивался, вернее, боялся собственного волнения. Но помня слова Клейна: «Божья любовь окружает вас и охраняет», - и видел стену, защищающую меня. И ещё: «Тот, кто сознаёт Божье присутствие, доверяется Богу; он освобождается от ложного чувства личной ответственности, и беспокойные стремления человеческой воли успокаиваются».
Играл почти спокойно; в каденции в первый раз не врал. Успех большой, оркестр встаёт. После «Скифской» Кусевицкий выводит меня, после Концерта я вывожу его, словом, папа любит маму, а мама любит папу, полный парад. После концерта Кнопфы везут нас и Кусевицких в шумное ночное кабаре на крыше небоскрёба, но там не очень интересно.
Свободное копирование
