19 ноября
Сначала один в купе. Утром Негорелое. В таможне очень милы. Переезжаем границу. Жаль расставаться с СССР. Цель поездки достигнута: я ясно и определённо укрепился. Поляки придираются к икре, которую я везу для Вебера, заставляют положить её в сундук транзитом. Целый день едем по Польше. В России снега не видел - так здесь. Опять один в купе, догоняю дневник. Вечером гуляю по Варшаве, которая приняла столичный вид. архитектурой напоминает Ленинград, но тот задуман много раз шикарней.
20 ноября
Берлин. Солнечно, чисто. Думал, что много дел, но всё вышло иначе: магазины закрыты: праздник поминовения усопших: весь город берёт цилиндры на прокат и отправляется на могилы своих родителей. А я хотел портфель (выпросил Держановский). Вебер болен: Клейбер, назначивший свидание по поводу «Игрока», сегодня занят (свинья). Завтракал с Таней Раевской, а затем ходил по Берлину (что очень трудно в тяжёлой шубе), и догонял дневник, сидел в кафе.
Выехал в десять часов вечера с Nord Express, благо билет купил до Парижа на рубли, в отличном маленьком купе. Везёт: от самой Москвы еду в отдельном купе.
21 ноября
Боялся французской таможни: аппарат Цейса и мех. Но даже ничего не смотрели. А в соседнем купе у немца что-то нашли.
Свободное копирование
