24 апреля
Звонки и людская, прямо против меня, не дали спать с шести часов, поэтому встал скорее вялый и пошёл гулять. В час репетиция третьего и четвёртого актов, которые выходят лучше, чем вчера первый и второй. Причин две: 1) артисты вчера перетрусили перед автором; 2) не привыкли к оркестру, а сегодня привыкли к тому и другому. Но есть и ещё важная причина: третий и четвёртый акты оттого лучше, что первый акт хуже остальных и сценически, и музыкально, и оркестрально. Я даже спросил у De Thoran: «Ne pensez-vous pas, que le premier acte n'est qu'une cochonnerie?» De Thoran согласился, что он хуже других, но в оправдание этого акта прибавил, что его спасает новизна персонажей для публики. Пока она будет с ними знакомиться, не заметит, как проскочит акт. В связи с этим вечером ходил по Брюсселю и придумывал, что можно переделать в первом акте. Первое: некоторые места, мутные в музыкальном отношении. Второе: перерезать длинное объяснение Полины с Алексеем вставной сценкой: входят Генерал и Маркиз; Генерал кладёт в бумажник деньги и благодарит Маркиза за услугу; передаёт Алексею тысячу франков и велит разменять в кассе отеля. Затем уходят и объяснение продолжается. Это объяснит соотношения действующих лиц, и, с другой стороны, прервёт монотонность объяснения. Римский-Корсаков говорил, что иные купюры удлиняют вещь. В этом же духе можно сказать, что некоторые вставки укорачивают, внося разнообразие. Вечером вносил поправки в партитуру и нашёл две купюры для первого акта.
Свободное копирование
