10 декабря
Два письма из России: от Асафьева - вернувшись из-за границы, он нашёл, что отношение к моей музыке в Ленинграде хорошее, тёплое; от Держановского – всё ещё надеются достать мне удовлетворительное количество валюты, но всё ещё окончательно не добились.
Ходил к Пайчадзе беседовать: ехать - не ехать? Кажется, надо сделать так: торговаться и грозиться, что не приеду; но если не дадут достаточно, то ехать всё равно...
Играл на рояле, оркестровал «Блудного сына» раскладывал пасьянсы (склонность к пасьянсам у меня совпадает каждый раз с тем периодом, когда Пташка делает меня отцом).
Приходил ко мне Никита Магалов, играл свои сочинения, написанные со времени визита в прошлом сезоне. Недостаточно ярко, хотя кое-какие искорки есть. Советовал ему завести записную книжку и заносить туда темы, каковые сочинять старательно, добиваясь яркости. Когда наберётся достаточно ярких тем - сесть писать на них сонату.
11 декабря
Кончил оркестровать первый номер. Думал махнуть в один день, а вышло четыре: завяз на «отце», да и не так много времени посвящал оркестровке. Играл на рояле порядочно. Раз решил ехать, надо быть в форме, дабы избежать неуверенности и взволнованности, идя на эстраду.
У Пташки настроение мягкое, но – когда же деторождение?!
Свободное копирование
