1 октября
Начал просматривать и намечать переделки во втором акте. Занимался всё утро, а днём клавираусцужил первый акт и перевозил Пташкиных родителей в Royan, которые устроились там на зимовку - климат лучше для больного Avi, чем парижский, дёшево и не надо трястись по железной дороге. Впрочем, по просьбе Пташки, которая восстанавливала дневник российского путешествия, сообщал ей различные данные из моей записной книжки, причём натолкнулся на письмо от Наташи. Пташка начала расспрашивать: да кто она, да что я с ней делал, да как познакомился. Я рассказал ей кое-что, хотя довольно приблизительно. Затем Пташка стала спрашивать: кто такая Мещерская, о которой упоминал Сувчинский. Я тоже рассказал сцену неудачного побега с участием Башкирова, ждавшего за углом в автомобиле. К концу вечера разговор зашёл опять на тему о квартире в Рояне и Пташка опять начала сердиться, настолько, что решили эту ночь спать в разных комнатах, «чтобы не мешать друг другу». Но в два часа ночи Пташка разбудила меня, сообщив, что под окнами кто-то ходит и даже слышен был заглушённый звук велосипедного звонка. Хотя я мало поверил в опасность, но для успокоения Пташка возвратилась на супружеское ложе, я же запер дверь в нашу спальню на ключ.
2 октября
Утром, как вчера, переделывал второй акт, добавлял, исправлял, а днём клавираусцужил первый. В общем целый день. Пташка находит, что я подвижник моей работы.
Вечером Christian Science и дневник.
Свободное копирование
