28 сентября
Очень успешно работал над «Игроком». Вообще давно у меня не шла работа так гладко и легко. Днём вновь появились уехавшие вчера Сувчинские. Им скучно в Рояне и они пришли пешком сюда. Отвезли их в автомобиле обратно и покатали до Saujon. Вечером Ольга Владиславовна сказала: «Отчего бы вам не остаться месяц-два в Royan, если нет специальных дел в Париже, а в Royan можно найти квартиру очень дёшево». Так как наша квартира на Frémiet будет уступлена нам неизвестно на какой срок, может всего на месяц, то я имел неосторожность поддержать это предложение. Пташка ударилась не более не менее как в слёзы, говоря, что она не ожидала, что всё кончится жизнью в провинциальном городке, и прочие глупости. Словом, вечер был испорчен, и партию Алёхин - Капабланка, выигранную Алёхиным, я рассматривал самостоятельно (а то Пташка стала интересоваться шахматами). А партия очень интересная. Ясная.
Начал перечитывать «Игрока», выписывая характеристики. Кроме того, могут родиться идеи для переделок.
29 сентября
Почти целый день работал над «Игроком», работалось отлично, едва не кончил оркестровку первого акта. Остановился, потому что стало мешать сердце. Рассуждал с собою.
Читал третью партию матча. Алёхин «влип» уже на девятом ходу, а затем длилась пятичасовая агония. Очень неприятно защищать такую партию.
30 сентября
Кончил оркестровать первый акт «Игрока». На первый акт был потрачен месяц. Хорошо бы, если бы следующие акты с такой же скоростью. Но увы, это самый короткий.
Свободное копирование
