22 сентября
Погода опять ни то ни сё, никаких купаний. Опять «Игрок» до одурения, затем прогулка в автомобиле, и Пташка правила. Вечером Christian Science и дневник.
23 сентября
Утром работал над «Игроком», но днём не работал, так как начала болеть голова, впрочем не очень. Зашли Сувчинские. Я воспользовался его присутствием, чтобы обсудить с ним названия отдельных номеров «Стального скока». До сих пор они были только приблизительные. Сувчинский дал несколько хороших советов, будут годны и для Советской России, и для заграницы (ведь всё время приходится смотреть с обеих сторон). Когда Сувчинские ушли, голова хуже. Я лёг и третировал себя. Надо быть уверенным в исцелении, тогда работа над исцелением идёт успешней. Но как же быть уверенным, если я так мало ещё подвинут? Меня осенила замечательная мысль: хорошо, я не уверен, смогу ли я сейчас исцелить себя от головной боли; но в таком случае, уверен ли я, что с течением времени я навсегда исцелюсь от головных болей, будь то через год, или три, или пять? Да, в этом я совершенно глубоко уверен. А если так, то это положение можно формулировать иначе: судьба моей головы уже решена, но для того, чтобы окончательное исцеление пришло в исполнение, надо протечь нескольким годам. И ещё иначе: голова моя исцелена, но выявление произойдёт через некоторый промежуток времени. А если так, то и работая сейчас над исцелением, я могу быть уверенным в результате - неважно, что может быть не в сегодняшнем, лишь бы в конечном. По-видимому, это рассуждение было правильным, ибо голова вскоре улучшилась, а вечером совсем прошла.
К ночи разыгралась буря с дождём. Ветер ревел и дом дрожал. Хуже всего, что дождь хлестал через все щели окон и дверей, а ставни заржавели и не спускались. Вытирали пол тряпками, ибо вода просочилась уже вниз и в кухне набухал потолок («Позовите собаку, пусть она пьёт с пола»). Ночью дождь не прекращался и будил нас.
Свободное копирование
