4 февраля
Вечером нью-йоркское выступление с Бостонским оркестром, центральное событие моего американского пребывания. Нью-Йорк - самый отвратительный город для артиста: обожравшийся, слышавший всех лучших артистов, придирчивый, в новой музыке почти ничего не понимающий и в то же время решающий судьбу артиста для Америки; словом парвеню, покупающий старинный замок. Перед обедом я чувствовал некоторую нервность, но к вечеру она прошла. Играл хорошо. Зал полон. Когда я вышел на эстраду и сел за фортепиано, то почувствовал, что всё дрожит; оказалось, что это проходит subway.
Успех, пожалуй, больше, чем в Бостоне. Вызывали три раза, затем четвёртый, последний, и я ушёл в артистическую, но через некоторое время за мной пришли и сказали, что надо кланяться ещё раз, так как в зале всё ещё хлопают. Я вышел в пятый раз, и тогда была большая овация. В артистической Клемперер, немецкий дирижёр, который сделал большие успехи в России, Гизекинг, Тайфер и другие, все очень приветствовали. После концерта ужинали: Захаровы, мы. Бургин и Саминский.
Свободное копирование
