Чрез день после сего, был у нас собственный свой праздничек, доставивший нам несравненно более удовольствия. В оный была средняя дочь моя Ольга имянинницею. Побывав поутру у обедня, по случаю воскресного дня, и пообедав кое с кем у нас бывшими, уклонились мы после обеда от превеликого и до 30 градусов простиравшегося жара в свой низкий сад и там, сидючи и лежучи в тени при водах, читали стихи, а потом купались в ванне. Перед вечером же был у меня знакомец мой, епифанский помещик г. Григоров, Николай Сергеевич, с двоюродным братом своим г. Бородиным, человеком молодым, хотевшим видеть мои сады и перенять из них что-нибудь для себя. Так, по крайней мере, они тогда говорили, а в самом деле было у них совсем другое на уме, и г. Бородину хотелось видеть дочерей моих. Итак, случилось, что тогдашняя именинница моя ему в особливости понравилась, и он замышлял уже за нее свататься. Но нам, тогда видевшим его еще в первый раз, всего того и на ум не приходило, а я води их по садам без всякого размышления; а боярыни, с барышнями, ездили между тем гулять в магазинную рощу. А после ужина сожгли мы для имянин Ольгиных у самих себя небольшой фейерверчек, состоявший в нескольких колесах, и безделкою сею навеселились более, нежели большим, ибо все было у нас весело, все приятно, все хорошо и все ладно. Словом, вечер был очень хороший и приятный.
Чрез два дни после сего, проводил я сына моего, поехавшего от нас на несколько дней в наше Дворяниново. Причина езды сей была экономическая: еще в последнюю нашу там бытность горевали мы с сыном своим о том, что во всех садах наших было очень мало плодовитых дерев пород хороших, а все были очень посредственные и старинной разводки, и советуя о том, как бы сему злу пособить и снабдить оные всеми лучшими породами плодов, какие тогда наиболее славились и были нам известны, -- положили, чтоб ему, по наступлении времени к листочным прививкам, приехать самому, привезть с собою листочков всех лучших и славнейших пород и развить ими все находящиеся в садах моих молодые и к тому способные яблоньки. А как около самого сего времени и прививались везде прививки, то и предложил я ему сие нужное дельце. Ему хотя и не слишком уже было хотелось предприять сие путешествие, однако, зная сам надобность замышляемого дела, согласился принять на себя сей труд. Итак, снабдив его листками хороших пород яблоней и поручив постараться достать чрез Пастухова и в Туле наилучшие и славнейшие породы, отправил я его, придав ему человека три, умеющих прививать, на воспоможение. И он и выполнил комиссию сию как нельзя лучше, и проживши в деревне более недели, превратил множество молодых яблоней из дурных в хорошие, и положил чрез то основание всем лучшим породам, находящимся ныне в садах моих, и все они с самого сего времени и начали поправляться и приходить в лучшее с сей стороны состояние. Он пробыл в сем отсутствии от меня почти с две недели, которое время занимался я уже один в Богородицке разными своими занятиями, а особливо лечениями больных на своей машине, и пользовался только приятным сотовариществом г. Жданова, с которым многие минуты провели мы с особливым удовольствием. А между тем не было недостатка и в гостях. Множество и сих приезжало к нам в сей период времени, и я едва успевал их у себя угащивать. В сих происшествиях прошел нечувствительно весь июль месяц, а пред самым концом оного перетревожены мы были известием, что едет к нам наш тогдашний тульский губернатор и скоро будет. Но мы со всем городским целых два дня его, одевшись и убравшись, дожидались, а впрах тем измучились, а дождаться не могли. Он изволил проехать в Епифань и нас промучил понапрасну.
Свободное копирование
