7 ноября
Пошёл к Спэнглеру разговаривать о моём дирижёрском контракте. Это надо было сделать уже неделю назад, но я надеялся, что Мэри сама, как обещала, заявит о том Спэнглеру. Кроме того, мне хотелось, чтобы прошли первые оркестровые репетиции, чтобы не было сомнений в моём умении дирижировать. Спэнглер сказал, что Мэри куда-то опять на два дня уехала, и он просит зайти меня через четыре дня. Затяжка, которую следовало учитывать. Впрочем, в кармане ещё сорок долларов - продержусь. Со Спэнглером я разговаривал почему-то смущаясь, он же был великолепен, спокоен и крайне любезен. Вообще, любезность есть флаг отношений всего театра. По-видимому, Мэри меня хорошо поставила.
Днём репетиция (четвёртая) с оркестром - с безумным сквозняком в затылок, так что я в конце концов одел шарф и шляпу, и дирижировал, обливаясь потом. Кончил всю оперу, и последние страницы (чего я совсем не принимал во внимание) прозвучали так здорово, что я решил: вероятно, оркестр просто принатужился для последних тактов. Оркестр устроил мне овацию, а я раскланивался, снимая шляпу.
Вечером Кошиц и Готлиб потащили меня в кинематограф и я сердился на потерянный вечер. Лучше бы поиграть на рояле.
Свободное копирование
