Наконец, как мне межевщик стал говорить, не могу ли я сделать ему хоть маленькой какой уступочки, то решился было я дать ему из своей собственной земли две десятины, если б только он избавил меня от езды в Серпухов, куда мне, как приехавшему туда на один час, без денег, без мундира, без постели и рубахи, ехать очень не хотелось.
Но статочное ли дело! г. Пестов не туда, и сколько межевщик не уверял и не уговаривал его, но он не хотел и слушать, а твердил только свои 6 десятин.
Видя сие, сказал я наконец: "Когда так и когда ехать мне необходимо в Серпухов, так там не дам тебе и ничего".
-- "Дельно, подхватил межевщик и он сам станет о том после тужить".
После чего, улуча свободную минуту, спросил я у межевщика тихонько, подлинно ли недостает в даче моей 4 десятины, и как он меня уверил, что действительно так, то и не стал я более говорить и решился сделать им компанию и ехать с ним в Серпухов, ибо признаюсь, что мне тогда и отдаваемых 2 десятин очень жаль было.
Итак, пообедав все вместе у межевщика, отправились мы во град Серпухов превеликою ватагою, и ехать нам было очень не скучно.
Сидели мы почти все вместе в коляске Пестова и беспрерывно разговаривали и чему-нибудь смеялись. Мысль, что ехали мы тогда, как говорят об однодворцах и новогородцах, на одной повозке судиться и рядиться, в особливости развеселила дух мой.
Я внутренно тому хохотал и смеялся, но вьяв не хотя сему упрямцу и честолюбцу покоряться, ничего более о земле говорить не начинал.
Напротив того г. Пестов не один раз мне повторял: "эй воротись; в Серпухове и половину примеру дашь!" но я, будучи уже о действительности недостатка уверен, смеялся только сему его требованию и в ответ ему либо вовсе ничего не говорил, либо отвечал: "Ну! так уже и быть, братец! отдавать так отдавать, и когда поехали так уже ехать, и что уже о том говорить".
Наконец приехали мы уже в Серпухов и как было уже очень поздно, то насилу нашли квартиру и стали все вместе на простом постоялом дворе.