Завалив экзамены при поступлении в институт, я в следующий сезон подал заявление для поступления на подготовительные курсы. Когда началась подготовка к сдаче интерната, я опять не мог посещать курсы, так как часто приходилось до ночи задерживаться на работе. Как следствие я и в этом году завалил вступительные экзамены. Теперь уже по физике. Я подготовился к экзаменам хорошо. Достал экзаменационные билеты. На каждый билет сделал микроответ, шпаргалку. Когда я ответил на все вопросы, у преподавателя нашлись добавочные вопросы, чтобы доказать мне, что он знает физику лучше, чем я. Пришлось с ним согласиться и прекратить соревнование.
На стройке появлялись большие начальники городского и областного масштаба. Начальники ходили как метеориты – с хвостами свиты. Здесь были начальники гороно, горисполкома, горкома партии и даже второй секретарь обкома партии Павел Пантелеймонович Воронин. Играя в демократию, они иногда разговаривали с рабочими, иногда осчастливливали и меня. Один раз нам задержали зарплату на две недели. Рабочие, человек 30, собрались и ушли с работы в управление. Когда они выходили из ворот, подъехала машина и из неё вышел первый секретарь горкома партии Стамиков. Я подошёл к нему и представился.
- Куда это Вы перебрасываете рабочих? – спросил он меня.
- Я не перебрасываю, рабочие ушли в управление. Им уже две недели не выдают зарплату, – ответил я.
- И это Вы так спокойно говорите мне?!
- Вы спросили – я ответил, – сказал я. – Мне, как и им, зарплату не уплатили.
- Возмутительно! Завтра в 14 часов явитесь в горком партии ко мне!
Он повернулся и уехал.
Я вечером пришёл в управление и доложил начальнику, что меня вызвали в горком.
- Ты что, специально их прислал сюда? – спросил начальник.
- Нет, я их сюда не присылал, но удерживать не стал.
- А ты знаешь, что управляющего треста товарища Бекирова тоже вызвали?
- Нет, не знаю, – ответил я.
- Так вот знай. Когда принимаешь на работу людей, поговори с ними, а потом подписывай заявление. Это твоя Задирючка, или как её..
- Задорожнюк, Вы хотели сказать...
- Да. Так это она подняла эту бучу. Уволить её давно пора!
- Николай Павлович, она работает хорошо, мать-одиночка. Ей надо кормить сына, а денег хватает только от получки до аванса. Если мы таких рабочих будем увольнять, то нам придется самим таскать раствор в вёдрах.
- Да что с тобой говорить..., – добавив ещё несколько бранных слов, начальник ушёл в свой кабинет.
Совещание бюро горкома партии началось в 14-00 ровно. Приехали начальники со строительного отдела совнархоза, треста, нашего управления. Приехало начальство банков, а также контролирующих строительство организаций. Я сел в последнем ряду зала заседания. Из членов бюро я никого не знал, кроме секретаря горкома.
После оглашения повестки дня совещания начали подымать действующих лиц от самого малого к высшему начальству. Меня в учёт не взяли. Кульминация наступила, когда совнархоз сцепился с банком. Банк доказывал, что строители не умеют работать. Строители говорили, что банк сидит на деньгах, как наседка на яйцах. Дебаты длились до тех пор, пока не начали читать проект постановления бюро. Кому-то вынесли строгий выговор с занесением в учётную карточку, кому-то просто выговор. Перед голосованием кто-то вспомнил, что в зале есть ещё прораб.
- А что запишем прорабу? – Воцарилась тишина, которую первый нарушил секретарь горкома партии:
- А прораба пусть накажет райком партии, – произнёс секретарь горкома, оскорбившись, что его заставляют заниматься такой «мелочью».
Однако Бог меня в этом случае не оставил без своей милости. Спустя несколько дней после бюро в городе произошло ЧП, в каком-то районе города произошла какая-то несанкционированная демонстрация с политическим оттенком. В райкоме все стояли на ушах, ожидая комиссий из Киева. У них хватило дел без меня.
Зарплату рабочим выплатили. Все страсти улеглись. Отремонтированная сгоревшая школа, как я уже говорил, начала работать. Комплекс сооружений интерната успешно рос. Строительство интерната посетило начальство обкома партии, второй секретарь обкома Воронин. Не думаю, что он меня узнал, но моя фамилия ему была знакома. У них с отцом были тесные связи. Когда из Киева приезжало большое начальство, то согласно занимаемых должностей и положений более высокое возили и принимали в Вылковском рыболовецком колхозе, менее высокое возили к отцу в колхоз, где устраивался приём.
Я сопровождал свиту, передвигаясь в самом хвосте. Однако я видел, что Воронин обращал внимание на те детали организации работ, на которые другие внимания не обращали.
Свободное копирование
