На следующий день я решил пойти к пожарным. Оказалось, что здесь не нужно было записываться в очередь на приём. Мне показалось, что когда не пахнет палёным, у пожарных работы не много. Начальник меня сразу принял. Я объяснил ему цель моего прихода. Он просмотрел проект.
- Я Вам подпишу проект, но с замечаниями. Они должны быть выполнены. Без их выполнения мы не дадим возможности Вам вселиться.
- Я понимаю. Я уже сдавал большие дома пожнадзору, — слукавил я, назвав действие во множественном числе. Фактически я построил пять домов, а сдал только один по полной форме.
- Вот и отлично, — сказал подполковник и начал делать записи замечаний к проекту, прямо на проекте. Закончив писать, он, промокнув запись, отдал мне проект и добавил: — слушай, прораб, у меня к тебе просьба. Я живу на улице Кирова. Мне нужно сделать для моей квартиры маленький боровок на чердаке. Не в службу, а в дружбу: дай человечка, чтобы мне сделал этот боров. Материал и подсобников я дам.
- Товарищ подполковник, будет сделано. Дайте адрес, утром к вам придёт мой мастер, и Вы согласуете с ним сроки выполнения.
- Вот и отлично, заранее благодарен, — сказал подполковник.
Я вышел из помещения с большим удовлетворением. В замечаниях было указано, что перекрытие между гаражом и жильём должно быть железобетонным и чтобы я предусмотрел вентиляцию в стене сечением не меньше 12х25 см. Эти вещи в проекте у меня были учтены. Железобетонное перекрытие было указано в объяснительной записке, а вентканал в чертеже я не обозначил специально — ведь пожарному надо было оставить поле деятельности. Если бы не был пропущен канал, он бы искал что-то другое.
Настала новая неделя. Я послал Николая на Пушкинскую, 33 для принятия объекта под реконструкцию — мы ещё раньше договорились, что он возьмётся вести этот объект. А сам отправился в санэпидемстанцию к инспектору. Пришёл я к началу работы учреждения. Секретарь сказала, что инспектор задержался в городском санэпидеме на совещании и должна быть к 10 часам. Я сел в коридоре и ждал. Секретарь не заметила меня, через какое-то время позвонила по телефону и сказала, что её ждут. Прибежала инспектор спустя двадцать минут. В коридоре сидел я один. Открывая замок своего кабинета, она спросила меня:
- Ну, что там у Вас?
- Я хочу, чтобы Вы завизировали проект на надстройку по улице Пушкинской, я прораб этого объекта.
- Я должна посмотреть этот объект, — невозмутимо ответила она.
- Пожалуйста, но вот проект, по которому я должен работать. Если Вы увидите нарушение норм, тогда мы будем о них говорить, — сказал я, предлагая посмотреть проект.
- Я прекрасно знаю свои обязанности и не указывайте мне, что мне делать! - вспыхнула участковая.
- Когда Вы можете прийти на объект?
- В среду в 11 часов, — отрезала она. По какому адресу, повторите?
Я повторил адрес и ушёл.
На объекте, который меня интересовал больше всех, работа шла полным ходом. Николай развернулся. Уж очень он хотел от меня избавиться. Наверное, он так настраивал рабочих, которые пришли сюда работать. Дело в том, что на предыдущей неделе я допустил, по их мнению, сильнейший ляп. В доме №1 на улице Бебеля, в первый месяц работы, я согласно смете за пару дней снял замеры столярных изделий и передал в производственный отдел управления. Кальмина весь этот список сдала изготовителю. На заводе-изготовителе этот заказ понравился, так как много изделий были одного размера. За пару месяцев они весь заказ выполнили, подогнали выполнение своего плана. Я заказал большую автомашину и за две ходки всю столярку перевёз по адресату. Как положено перед началом работы, по совету Роженера участвовал при выборах комитета по надзору за ремонтом. Когда завезли и разгрузили во дворе столярку, я попросил председателя комитета, чтобы жильцы разнесли столярку по своим квартирам, что и было выполнено. Столярные изделия, которые остались, поставили у квартиры дворника, подписав фамилии владельцев. Бригадиру я велел начать установку столярки с подвальных помещений. Дело в том, что в подвальных помещениях жили люди с очень малым достатком. В квартирах было много жильцов, а столярные изделия полностью сгнили. Когда Николай узнал об этом, он прибежал ко мне, и между нами произошёл разговор, который для меня был очень странным.
- Понимаете, тарифные ставки ремонтников очень малы. Мы идём на то, что делаем малые заказы и за очерёдность установки столярки жильцы доплачивают рабочим без нашего участия, — начал преподавать мне Николай уроки жизни в Одессе. — Вот мы начнём работать на надстройке. Там очень трудно будет платить, нам придётся перебрасывать зарплату с других объектов. А с каких..?
Я был поставлен в тупик.
- Об этом нужно было сказать немного раньше. — сказал я то, что, конечно, говорить не имел право. — Первую половину дня устанавливаем столярку по моему плану, а с обеда, если кто найдёт клиента, пусть договариваются и работают. Можно по этим договорам работать и после работы. Я на это закрою глаза. То же можно делать и штукатурам.
На этом и сошлись. Когда я выходил за ворота двора, меня как бы случайно встретила одна женщина и предложила мне деньги за внеочередную установку столярных изделий. Деньги она положила мне в карман куртки. Я отдал ей деньги и заверил её, что столярку мы установим в короткое время. Когда я пришёл домой вечером, полтинник лежал у меня в другом кармане куртки. Да, это искусство жить в Одессе...
Я думаю, что, посылая на мой личный объект рабочих, с бригадиром он договорился по оплате, указав, что пару месяцев он их будем поддерживать с целью быстрее окончить строительные работы, что от них и требовалось, а отделку и спецработы я буду делать отдельно, и не исключено, что я вообще уйду с РСУ. Так или иначе, но когда я пришёл на объект, работа кипела. Подошёл Николай:
- Гараж освободили, ключ от ворот дали мне. Там мы будем хранить инструменты. Сегодня мы постараемся сбросить гнилую крышу, завтра сбросим гнилое перекрытие. Закажем назавтра машину и с ул. Ярославского будем всё вывозить. Ваша задача состоит в том, чтобы вовремя подвезли балки перекрытия — они понадобятся через четыре дня.
Так началась работа на моём личном объекте.
Свободное копирование
