Записки рыболова-любителя - 769б

05.07.08 Слежкину

Василий, привет!

Присланная тобой справка хорошо распечаталась, гораздо лучше, чем это бывает при передаче факсом. Остается только справка из школы № 18. Московский роно остался у меня в памяти как место весьма неприятное. Первый раз они в течение полугода не могли учесть мою справку из армии для зачисления в стаж, на чем я терял в зарплате, в другой раз они протарифицировали меня на год с равномерной нагрузкой, 70 процентов которой в соответствии с расписанием я выполнил в первом полугодии, а после перехода в университет стали платить мне за фактически оставшуюся нагрузку, как вновь оформленному на совместительство, на чем я потерял еще больше. С другой стороны, они платили за индивидуальные консультации, которые никто не проводил, так как ученики на них не ходили, и для этого консультации ставили последними уроками, но они включались в учебную нагрузку. Баш на баш, так что я не возмущался. В случае со справкой из армии я пошел в бухгалтерию и демонстративно выложил на стол коробочку с зефиром, которую смущенная бухгалтерша тут же спрятала, после чего заявила, что справка будет учтена. Обычное советское поведение, от которого всех подташнивало, но выхода не было.

Помню также, как я поддался на рекламируемую услугу «Сбербанка» о возможности снять деньги со своей сберкнижки в любом городе Советского Союза. Оказался в 1980 году в Минске без денег, обратился в одно минское отделение «Сбербанка» с просьбой выдать мне немного денег. Заведующая отправила телеграмму в мое отделение в Калининграде, чтобы Калининград подтвердил наличие денег на моем счете. В течение недели дважды в день я ходил в «Сбербанк». Денег я так и не получил, а телеграмму нашел на столе заведующей калининградским отделением. За неделю пребывания в Минске без денег я так изголодался, что готов был удавить калининградскую заведующую, но не сделал этого потому, что это была старая, совершенно тупая тетка, которая так и не смогла понять, чего мне нужно. Или делала такой вид. О существовании рекламируемой услуги она не знала и не могла понять, зачем ей прислали такую телеграмму. Почему именно из Минска, а, например, не из Сыктывкара? Почему именно Минск запрашивает сведения на их клиента? Денег я не получил, а телеграмма была оплачена мною в полном размере. Я тогда подумал, что если у человека не хватает информации к размышлению, надо придумать что-нибудь объясняющее ситуацию, пусть это не будет иметь никакого отношения к делу, но это позволит сдвинуться с мертвой точки. В психологии это называется паралогизмом, а в физике гипотезой. Помнишь гипотезу Бора о строении атома? Сейчас это кажется нелепостью, а в свое время имело большое научное значение. Кроме того, заведующая вообще могла не думать, если у нее это не получается, а просто действовать по инструкции. Не надо думать, любил в наше время говорить Саша Махоркин, надо действовать по инструкции.

 Зная правило из американской кинодраматургии, что после того, как герою стало очень плохо, ему должно быть еще хуже, и перенося это правило на нашу жизнь, могу предположить, что ты столкнешься с неимоверными трудностями при получении справки о моей работе в школе № 18, но я верю, что ты, как никто другой, сможешь преодолеть эти трудности. Я неоднократно замечал, что некоторые кадровики не могли понять ситуации, в которой я переходил на работу в университет и одновременно оставался в школе.  – Так вы переходили? – Переходил. – И оставались? – Да, оставался.- Как это понять? – Очень просто. Я одновременно и переходил, и оставался. С точки зрения формальной логики это дизъюнкция, которая бывает двух видов, нестрогая, обычная, и строгая, разделительная, ее также называют исключающей. Так вот, моя ситуация предусмотрена нестрогой, неисключающей дизъюнкцией. – А по человечески объяснить можете? – Попытаюсь. -  И пытался объяснить эту ситуацию в отделе кадров очень секретного минского завода «Калибр», куда устраивался на работу. У нас там были даже два человека, которые вели борьбу с американскими спутниками-шпионами, маскировали территорию завода, груды мусора и металлолома. Чтобы американцы не знали, в каком бардаке мы живем, и что скоро нашему государству конец придет.

Я надеюсь также, что ты обойдешься без подношений, хотя говорят, что в России это почти невозможно. В любом случае я придумаю способ, как достойно отметить твои усилия в этом деле. Сам я только один раз благодарил своих благодетелей, которые делали мне справки. С 1990 по 1993 год я работал в редакционно-издательском отделе кооператива «Центр ХХ век», который потом преобразовался в АО «Центр ХХI». Это АО дважды выдавало мне справку с фактическими ошибками, третий раз я приехал домой и опять нашел ошибки в обозначении статуса этого акционерного общества. К сожалению и некстати, мой инспектор в Собесе оказалась очень грамотной и внимательной женщиной, которая видит все эти ошибки. И все же я поблагодарил бухгалтера АО шоколадкой, не потому, что она слишком старалась, а просто оказалась очень красивой и обаятельной девушкой. После первой встречи с ней я сказал своему младшему сыну Саше, который перешел на пятый курс Политеха, что я познакомился с девушкой исключительной красоты и обаяния. И если он согласится, я познакомлю его с ней. – Не пожалеешь. Истинный ангел. Нежнейшее создание. Если ты женишься на ней, будешь самым счастливым человеком на свете, хотя бы некоторое время. Потом она может превратиться в стерву, но ради этого некоторого, пусть непродолжительного периода счастья ее можно будет терпеть всю оставшуюся жизнь. – На что Саша сказал мне, что он сам найдет себе невесту, и тем более не надо делать это отцу. Думаю, что он прав. Не надо взваливать ответственность на отца.

Сегодня я получил письмо от инспектора из Собеса, которая вновь потребовала справку о работе совместителем в школе. В случае увольнения с основной работы  работа по совместительству раньше считалась основной и засчитывалась в стаж. Боюсь, что по отношению ко мне это правило может не сработать. Собес заявит, как я могу предположить, что для перехода с совмещения на основную работу требуется дополнительный приказ, который не издавался. Я помню тревожное время, когда все работники Научно-исследовательского сектора университета получали «новогодний подарок» - приказ об увольнении. Начало нового года часто обозначалось отсутствием зарплаты. Я помню как ты три месяца, напряженно работая на теме, оказывался без средств к существованию, а потом возвращал не полученные от государства деньги с помощью электрического счетчика. При этом ничего лишнего, копейка в копейку. Мне хотелось бы отразить этот момент в своем романе о нашем университете, если ты согласишься. В любом случае ты будешь первым его читателем, так как лучше всех знаешь события. И выскажешь свое мнение по всем эпизодам. По крайней мере, по тем, где ты будешь участвовать.

Пока все это остается в мечтах. Назначение пенсии не означает, что я стану свободным и смогу писать. Собрать бы уже написанные рассказы и сделать пару маленьких книжек. Редактор альманаха, который опубликовал мой очерк о Вене, мое предисловие к его книге, которое он назвал эссе, говорил, что если я сделаю еще книжечку, то могу смело подавать заявление о приеме в члены Союза писателей. У нас два союза: старый, в котором засели любители белорусского языка с соответствующей национальной ориентацией, и новый, который организовали люди, близкие к власти. Что-то мне не очень хочется ни в тот, ни в другой. Мне кажется, что если я вступлю в такой союз и буду пропускать обязательные мероприятия, заседания, собрания и т.п., меня будут резко критиковать, это войдет в привычку других членов союза, а я буду от этого страдать. Материала для критики и без этого хватает.

По требованию Александра Андреевича Намгаладзе я попытался сделать правки в своем тексте, размещенном в Интернете. Получил от него письмо, что текст не выправился. Надо было щелкнуть по кнопке «редактирование», а я воспользовался кнопкой «сохранить». Александр Андреевич прямо указал, куда надо приложить руку. Водит моей рукой. В этом смысле к нему, как ни кому другому, подходит слово «руководитель». Выполнить редактирование своего интернетовского текста входит в план работы на отпуск. Доведу обязательно. Может быть, в России, подальше от Минска, чтобы не ходить на собрания,  найдется какой-нибудь подходящий союз писателей. Говорят, что в Москве их даже три. На выбор. Все эти рассуждения стали актуальными, так как мой приятель Кузнецов, все сочинения которого я редактировал, недавно вступил в старый союз писателей в Минске. Точное название союза не помню. И все эти события произошли накануне моего юбилея, мало того, они оказали большое влияние на проведение юбилея.

Кузнецов – человек очень умный во многих отношениях. С отличием закончил экономический факультет Нархоза, учился в аспирантуре, и хотя я не уверен, что советская экономическая наука была наукой, это не мешало людям, занимающимся экономикой, развиваться. Человек может развиваться на чем угодно, на изучении религии, кулинарии, почтовых марок и т.д. Особенно мне нравится, что Кузнецов свободно оперирует, и как мне кажется, правильно такими терминами, как сознательное, подсознательное, бессознательное, легко высматривает архетипы, а во время последней нашей беседы говорил о себе как о порождении нашего времени и соответствующей среды. Я вспомнил Лермонтова и его героя. Я не мог возразить ему ни в чем, мало того, я сам так думаю. Ситуация как с нашим философом Виктором Федоровичем Овчинниковым, царствие ему небесное, которого я мог слушать без малейшего внутреннего протеста. Мне нравится также, что Кузнецов прогрессирует, его язык становится красочнее, многообразнее. Лично сам я больше обращаю внимание на смысл, чем на стиль, мне нравится смысловая игра, так что могу подучиться у Кузнецова стилистике.  Кроме того, с точки зрения экзистенциализма, Кузнецов пережил больше меня критических ситуаций. Во время последнего, четырехлетней давности запоя, он воочию видел Князя Тьмы. Рая как психиатр была в курсе событий этого запоя, так как Кузнецов по телефону сообщал мне свои переживания, а я их передавал Рае. Рая тогда говорила, что галлюцинации не отличаются от картин реальности. И человеку не дано отличить истинную галлюцинацию от так называемых реальных событий. Впечатления от встречи с Князем Тьмы наложили отпечаток на всю его последующую жизнь. И Кузнецов нисколько не сомневается в его существовании. Когда Кузнецов сообщил по телефону, что стены заходили ходуном и Князь стоит перед ним, Рая потребовала срочно вызывать психбригаду. Преодолевая жуткий страх, Кузнецов постучал шваброй в стенку, это был условный сигнал, и соседка вызвала врачей.

Недавно Кузнецов передал мне текст своей новой повести «Колдун». При этом держал в руках и цитировал мой роман, в том числе моменты мистики. В этом смысле можно считать, что Кузнецов развил мои мистические идеи и сделал их главными. Это понятно, так как мистически он настроен больше меня. Если учесть, что он принимает и ценит мои предложения по правке его текстов, можно считать, и мне так хочется думать, что он в какой-то мере является моим учеником. Хочется иметь не только учителей, но и учеников, для полноты жизни. Поскольку Кузнецов вращается среди писателей, для меня сейчас, после отъезда Юрчука на постоянное жительство в Прагу, он является единственным проводником в местную писательскую среду. В мистической повести «Колдун» герой принимает некие символические предметы от своей уже умершей родственницы-колдуньи и, пытаясь отойти от опыстелевшей ему городской жизни, едет в старую деревню староверов на Браславских озерах, встречает там прекрасную девушку, которая рассказывает ему о том, что она из рода колдуний и ждет, когда явится молодой человек, чтобы вручить ей символы, после чего она во всей полноте овладеет колдовской силой. Герой передает ей эти предметы, а сама колдовская сила входит в девушку уже отработанным Кузнецовым в романе «Записки эротомана» способом, в бане, под девичьи стоны, постепенно переходящие в женские.

Тема такой передачи присутствует в новом фильме о Жанне Д Арк, в исполнении Милы Йовович. Потрясающий фильм. С использованием современных технологий. Как-то в Минск приезжал известный американский режиссер, предки которого вышли из Белоруссии, обещал в своем выступлении по телевидению, в память о своих предках, бесплатно, так как денег у него хватает, научить белорусов снимать современные фильмы. В случае с Жанной Д Арк Святая инквизиция, пытаясь доказать общение героини с дьяволом, проверяет ее девственность. Назначенная для этого старая женщина в зале судебного заседания проводит проверку и во всеуслышание заявляет, что «она не тронута». Прямой связи с дьяволом нет. Такое совпадение мне напоминает независимые открытия в физике. Мое отношение к текстам Кузнецова такое же, как отношение Евгения Федоровича Кондратьева к моим, я смеюсь.

Жанр, в котором работает Кузнецов, существовал всегда, до Апулея и Бокаччо, но особенно стал развиваться в ХХ веке. У Кузнецова есть свои учителя, в частности американец Генри Миллер, которого Кузнецов давал мне читать, чтобы подготовить меня к восприятию его текстов. По словам Кузнецова, изучившего эту тему, какой-то высокий процент мужчин и еще больший процент женщин, не удовлетворенных сексуальной жизнью, всерьез увлекаются эротической литературой. Весьма востребованный продукт. И даже молодой, но уже гениальный Пушкин не остался в стороне. Сам царь приглашал его к себе и увещевал: «Александр Сергеевич, ты же умный человек, ты наша надежда и будущая слава, ну зачем ты пишешь такую гадость?» Современники Пушкина утверждают, и это знают исследователи его творчества, что поэт обещал царю больше не злоупотреблять своим талантом. Но не прекратил. Тема ушла в его частные письма.

Теоретики литературы ищут границу между эротикой и порнографией и не могут ее найти. В одном из определений порнографии говорится о «низкокачественном, малохудожественном уровне». Но известно, что и качество и художественность литературы тоже не поддаются определению. На одну неопределенность накладывается другая, возникает еще большая неопределенность. Веня критиковал меня за то, что я поставил свою фамилию редактора на «Записках эротомана», но я считаю, что ничего страшного я не совершил. Литература Кузнецова существует, существует и целая киноиндустрия порнографии, порнозвезда прошла в итальянский парламент. Немецкие психологи рекомендуют смотреть порнофильмы, так как в это время происходит выработка каких-то жизненно важных гормонов, и немки любят их смотреть до конца, как говорят юмористы, в надежде, что все закончится свадьбой.

 В повести «Колдун» Кузнецов делает несколько исторических экскурсов, что мне всегда нравится, в том числе во времена Ярослава Чародея, разгромившего на берегах Немиги, в районе теперешнего Минска несколько отрядов других русских князей, превосходящих войска Чародея в три раза. Москвичи в то время еще не существовали в природе. Жили на берегах реки Москвы какие-то дикие люди, занимавшиеся разбоем и совершенно не заботившиеся об ограбленных, что, по мнению историка Костомарова, недостаточно, чтобы говорить о какой-либо государственности. Со временем они и превратились в москвичей. А в это время на берегах реки Немиги уже в полную силу рубились русские воины, друг с другом. И внешние враги им были не нужны. Когда-то Кузнецов мечтал поступить на археологию в Московский университет или попасть в воздушный десант. Вторая мечта его осуществилась. Но и без археологии Кузнецов, я бы сказал, прекрасно разбирается в истории. И его суждения на эти темы мне очень интересны.

И тут Кузнецов сообщает, что он организует небольшой прием у себя на квартире по случаю вступления в Союз писателей.

Было это недели за две до моего юбилея. Я был в отгулах. Мы договорились о встрече в 17 часов, но я смог вырваться только к 19. Художник Августинович тоже весь день мотался по городу, заехал на Червенский рынок к продавцу ножей, которому заказывал нож по собственному эскизу, с пилой на обратной стороне, для перерезки корней деревьев во время раскопок, но продавец нож хоть и представил, но не такой, как нужно. Опечаленный Слава встретился со мной на выходе из метро станции Кунцевщина. Я сообщил ему о своем предчувствии, что наша встреча меня тревожит, как бы чего не вышло. На что Августинович спокойно ответил, что ничего не будет. Сейчас Кузнецов встретит нас и поведет в магазин, чтобы мы купили себе бутылку водки. Сам он из-за своей скупости тратиться не будет.

Дело в том, что среди многочисленных пороков, от которых страдает Кузнецов, скупость особенно заметна. Может быть, он и не знает, что страдает, а просто живет в ней, не замечая подобно рыбе, что вода мокрая, но со стороны эти страдания заметны. Много лет назад он в должности исполнительного директора ликвидировал свое акционерное общество, но не смог провести процедуру без долгов налоговой инспекции. Предполагаю, что в это время просто пил. Впоследствии он многие годы ждал, что инфляция съест долг, и он действительно на сегодняшний день не очень большой, его вполне можно было погасить, но Кузнецов этого не делает. Десять лет ждет судебного исполнителя, вынес из квартиры все вещи, кроме тех, что не подлежат изъятию, спит на полу и ничего не приобретает. Ведет спартанский образ жизни. На основании моих рассказов Рая называет его квартиру «бомжатником».

Но внутри все гораздо приличнее, чем думает Рая. Я помог ему поклеить обои, Слава Августинович сделал несколько картин, которыми Кузнецов гордится. Эти картины соответствуют литературному жанру, в котором Кузнецов пишет.

Кузнецов, действительно, ждал нас на выходе из метро, но вопреки нашим ожиданиям сообщил, что бутылку водки он нам купил, а себе взял бутылку шампанского, так как ничего, кроме него не пьет.

Кузнецов подробно рассказал о подготовке и самой процедуре вступления в союз. Дело не простое, нужно было пройти обсуждение на заседании секции прозы, потом на заседании правления, везде его с пристрастием допрашивали, задавали каверзные вопросы. В какой-то момент свободолюбивый Кузнецов захотел послать всех на …, но, обладая недюжинной выдержкой, которая подтверждена его отношением к алкоголю, все вытерпел. Обсуждение шло на белорусском языке, который Кузнецов учил в школе. А перевод его повести на белорусский, для издания маленькой книжечки, сделала одна талантливая студентка, которой он заплатил небольшую сумму. Члены комиссии выражали различные сомнения, как, например, не обидел ли он москвичей в своей повести «Гастарбайтеры», называя их «москалями», а ведь они, по существу, являются нашими братьями. Не дожидаясь ответа Кузнецова на этот каверзный вопрос, другой престарелый член комиссии твердо сказал, что «москали и есть москали, и ничего хорошего от них ожидать нельзя». Третий добавил, что москали уничтожили цвет белорусской нации, но никто не вспомнил, что москали одновременно уничтожили и цвет своей нации. Сообща позицию Кузнецова в данном вопросе одобрили. А проголосовали единогласно.

Кузнецов показал нам новенькое удостоверение. Кузнецову хотелось вступить в союз, ему требуется признание профессионалов, и он его получил. Кроме того, возникают возможности публиковаться. Экономика набирает силу, появляются средства, оживляется издательская деятельность, союзы писателей мечтают о возвращении прежней собственности: пансионата и Дома Писателей, прекрасного здания с внутренним крытым садом. В этом здании в смутное время поселился «Институт Гете» с великолепной библиотекой на немецком языке и бесплатным интернетом. Я не пожалел пяти долларов и внес годовую сумму читателя. Но бываю там очень редко. В одной из энциклопедий случайно я прочитал статью о Мата Хари. Удивительно, но все слова в статье мне были понятны. Самое интересное в ее истории похождений мне показалось то, что она была при всем этом еще и замужем за французским журналистом. Писатели мечтают объединить союзы и общими усилиями выбить немцев из Дома Писателей, вернуть утраченные позиции. Я и не знаю, за кого болеть в этой борьбе. За писателей или за немцев. Будет жаль, если в Минске не будет такой хорошей библиотеки. Надеюсь, что появится решение, которое всех устроит.

 Повесть «Гастарбайтеры» отражает личные впечатления автора. В очередной раз оказавшись без работы и денег, Кузнецов в зиму, в двадцатиградусный мороз поехал в Москву на заработки. И прошел через все кошмары, которые ожидают иногородних и особенно иностранцев. Их не только обманывает и нещадно эксплуатирует работодатель, их злобно преследует милиция, налоговая инспекция, иммиграционная служба, а добивают русские национал-патриоты. Никакого законодательства, никакой охраны труда и техники безопасности, никаких профсоюзов. И так будет всегда, потому что это всех устраивает: работодателей, милицию, иммиграционную службу, кроме самих рабочих. И они никогда не смогут начать борьбу за свои права, потому что прав нет. И никогда не смогут организоваться, потому что говорят на разных языках и всего боятся. Дернешься, тебя тут же выдворят. А дома большая семья, которую надо кормить. Если бы была не повесть, а публицистическое сочинение, я бы посоветовал Кузнецову выступить с гневными обличениями в адрес современного российского капитализма. Уезжая из Москвы, он мог бы сказать: «Прощай, немытая Россия, страна господ, страна рабов».

Можно предположить, что Россия находится в какой-то геоаномальной зоне, для которой рабство является естественным и непреодолимым признаком. Воровство на всех уровнях и сплошной обман. Недавно Президент Медведев выступил с предложением сделать российский рубль резервной валютой. Лично мне было бы стыдно выступать с таким предложением. Вы не помните историю российского рубля?  Вы что, хотите обвала мировой экономики, разорения государств и, как следствие этого, чудовищных войн и истребления человечества? Владимир Ильич Ленин учил нас, что война – это продолжение внутренней политики. Когда внутри страны становится невмоготу, единственным выходом из ситуации становится «небольшая победоносная война». Как говорил мой племянник Вадим, Россия и «оттянулась на Чечне». О пропаже целого состояния рассказывал один из руководителей Института метрологии. При Союзе в ранге советника посла он создавал метрологическую службу на Кубе. Через два года привез домой 37 тысяч советских рублей, которые вскоре пропали. Утешает его только то, что он эти два года прожил как белый человек, в коттедже, с прислугой. И в то время, когда кубинцы и советские граждане недоедали, он катался как сыр в масле.

 Можно догадаться, почему Россия не хочет вступать в НАТО. Пусть это будет рабочей гипотезой.  Приедет молодой натовский капитан, который до поступления в военную академию закончил юридический факультет Гарвардского университета, с инспекторской проверкой российской армии.

- Господин генерал, не желаете ли ознакомиться со справкой, которую я подготовил по результатам проверки? Подписывать не обязательно. У нас это не требуется. Я могу вообще не знакомить вас с ее содержанием. В этом смысл независимой проверки.

А в справке написано, что российские генералы все как один толстые и жирные, на перекладине подтянутся не могут, бегают с одышкой, едят не в меру, а еще больше пьют. Не справляются с тестами для американских первокурсников военных академий. Воруют гораздо больше прапорщиков, а на них все валят. Продают оружие террористам, а свои войска не обеспечивают самым необходимым. Матросы умирают с голоду на островах в Тихом океане, новобранцев держат на взлетной полосе в легкой одеженке на пронзительном ветру в сорокаградусный мороз, от чего они умирают от пневмонии, офицеры стреляются, а в казармах совершаются преступления, которые не доходят до судов. Кому понравится такая справка? Поэтому нам лучше в НАТО не вступать.

Украинцы еще не понимают, куда лезут. Племянник Вадим рассказывал, что в целях предупреждения несчастных случаев и сохранения народонаселения по украинским телеканалам часто показывают тела людей, висящих на столбах электропередач. Сначала они сняли и сдали в утиль металлические таблички с текстом: «Не влезай, убьет!», а потом стали снимать провода и гибнуть от удара электротоком. Когда американцы разместят свои базы на территории Украины, хохлы полезут к ним через проволоку. С русскими прапорщиками еще можно договориться, но ведь американцы этого не понимают. Проведя полгода в Афганистане или Ираке, американский солдат ни на минуту не задумается, что нужно выполнить требование инструкции и стрелять на поражение. Тут хохлам и конец придет, потому что, не смотря на выстрелы, они все равно будут лезть за проволоку. Многие это чувствуют и не хотят вступать в НАТО.

И еще интересное наблюдение Вадима. Как-то в Николаеве, а он любит этот город, причем, сам не знает, почему, Вадим увидел на улице прекрасную украинку. Зачарованный, он направился к ней и убедился, что на самом деле она еще лучше, чем кажется издалека. И вот, когда до нее оставалось около метра, красавица громко, со смаком выплюнула из себя горсть шелухи от семечек. Дул встречный, наполненный ароматами моря ветер, который и накрыл лицо Вадима этой шелухой. Вадим стал стряхивать с себя шелуху, но поскольку он человек довольно обстоятельный, потому и стал доктором технических наук, и не привык реагировать очень быстро, выполняя задуманное, подошел к девушке и сказал по-русски: - Вы очень красивы!

- А шо, - сказала красавица, - не один вы мне об этом говорите.

- Вот в этом вся Украина, - печально сказал Вадим.

А тогда, набравшись впечатлений, с приличной суммой в кармане, через полгода страданий Кузнецов вернулся в Минск. На столе в его квартире так и продолжали стоять пустые бутылки, немытая посуда и превратившийся в камень хлеб. Телефон был отключен за неуплату. Оказалось, что я обещал ему платить за телефон, но начисто забыл об этом. Наша встреча по случаю вступления в союз писателей проходила на хорошем уровне, мы говорили о литературе, Кузнецов требовал с меня продолжения писательской деятельности, не скупился на комплименты, что для писателя не трудно, но было приятно. Я вспомнил слова из басни Ивана Андреевича Крылова, что «лесть хитра, умна и в сердце каждого отыщет уголок». Интересно, что даже Вене, несомненно умному человеку, тоже нравятся добрые слова. Да они всем нравятся. «Доброе слово и кошке приятно». При встрече в Зеленоградске его теперешняя жена, к которой я отношусь с уважением, в его присутствии говорила: «Володя, я прочитала ваше предисловие к его книге и все поняла. Венечка – гений. Он написал гениальную книгу».

Я вспомнил слова Овчинникова, что гений – это творческая личность, последствия деятельности которой имеют всемирно-историческое значение, и Веня не очень подходит под это определение, но мне тоже была приятна высокая оценка моему родному брату, и я сказал, что тоже так думаю, просто не говорю об этом громко. В принципе, из многих существующих определений гениальности можно найти такое, под которое он попадет, а если его нет готового, то его можно придумать. Например, по задаткам. И это уже сделано. В рассказе одного американского писателя герой попадает на тот свет, видит, как в пролетке сидит простой скромно одетый человек, а за кучера у него сам гениальный Наполеон в расшитом золотом мундире. Прохожий объясняет герою, что у них почести воздаются по талантам, а в пролетке сидит человек, превосходящий Наполеона. - Кто же он? – спрашивает герой. – Фермер из штата Канзас. По своим задаткам он гениальнее Наполеона. Но он рано умер и не успел проявить себя. - Конечно, я рад, что Веня получил поддержку администрации, и с нетерпением жду момента, когда смогу подержать в руках его книгу. Сделать первую свою книгу в 72 года, да еще при этом приобрести подругу на 20 лет моложе себя, не каждому дано. В судьбе его книги несомненна роль его друга Сэма Симкина. Предисловие Симкина является неким показателем качества, с которым невозможно не считаться. Слово заслуженного деятеля имеет большое значение.

Разбежаться из квартиры Кузнецова нам не удалось, так как пошли один за другим друзья, и все с водкой. События стали развиваться по обычным, присущим нашему обществу правилам. Я вспомнил заветы своей матери, которая говорила, что если ты выпил, не болтайся по городу, а лучше оставайся на месте. Позвонил домой и сказал, что остаюсь у Кузнецова. Рая потом говорила мне, что восприняла это сообщение как проявление крайней наглости. Августинович, хоть и завален своими делами, тоже не поехал к себе. Я спал на кухне, на диване, а Августинович в комнате, на полу, на широком матрасе рядом с Кузнецовым. Утром мы начали опохмеляться, потом продолжили начатое. Вечером на квартирный телефон Кузнецова позвонил сын Саша и строго потребовал, чтобы я ехал домой. Августинович оторвался от подушки и попросил: «Не бросайте  меня, Владимир Васильевич», но я поехал домой. Ситуация в нашей компании напомнила мне последнюю стадию деградации общества, когда вдруг все слышат, что надо спасаться и думать прежде всего о собственной шкуре. На флоте есть такая команда: «Полундра!». Не знаю, из какого она языка, но всем известно, что она означает. Надо спасаться. Но везти Славу к нему домой на такси, а потом ехать к себе я не решился. Еще не известно, как нас встретит его жена. Озабоченный Кузнецов ходил по квартире и не знал, что ему делать со своими важными и почетными гостями, приглашенными по случаю знаменательного события в его жизни.

Разбор полетов начался на следующий день, когда детей не было дома. Рая много сказала всяких слов, и как я понял, особенно ее беспокоит, не приглашал ли на нашу встречу Кузнецов своих любимых девочек, героинь его сочинений. А может быть мы устроили там небольшую «групповуху»? Я заверил ее, что глубоко сожалею о случившемся, раскаиваюсь и обещаю тяжелым, непосильным трудом искупить содеянное. Тему о девочках я не поддержал, хотя можно было бы поделиться с женой некоторыми соображениями. Девочкам надо платить. Кузнецов платить не будет из-за скупости, а нам это тоже ни к чему: кого-то принимают в союз писателей, а нам надо платить? Достаточно того, что за водку мы все-таки платили. А девочки пусть слезами зальются, от нас они не получат ни копейки. Кузнецов сам говорил, что любовь должна быть нежной, искренней, беззаветной, бескорыстной, бесплатной. Но женщины не хотят этого понимать и настаивают на своем.

На следующий день сделал уборку в квартире, перестирал белье, а на другой - поехал на дачу и оттуда по мобильнику доложил о результатах работы. – Старайся, старайся, - ответила Рая, - все равно это тебе не поможет. Юбилей был поставлен под серьезную угрозу.

Свой юбилей я собирался отметить как можно скромнее. Тем не менее, мы с Раей планировали арендовать какое-нибудь небольшое кафе и пригласить ее родственников и моих друзей: художника Августиновича и моего однокурсника по техникуму немецкого пастора (на самом деле у него несколько иной сан) Володю Зебальда из Барановичей, с женами. Кузнецов не планировался, так как Рая его терпеть не может. Из-за его романа «Записки эротомана» и ее личных переживаний во время его последнего запоя. Надо сказать, она его ни разу не видела, а знает только с моих слов. Не подумав, как следует, я как-то обсуждал с ней тему о девочках Кузнецова. У меня есть подаренная Кузнецовым фотография, на которой Кузнецов стоит рядом со своими героинями, правильнее сказать прототипами героинь. Эту фотографию я Рае не показывал, чтобы она не утвердилась в достоверности творений Кузнецова. Хоть она его и не читает, как и мои сочинения. Носила как-то на психиатрическую экспертизу мои творения, и психиатр, прочитавший их, сказал, что ничего патологического он не обнаружил, а рассказы вполне интересны. На этом и успокоилась. Как со специалистом-психиатром, знающим тему, я советовался с Раей на счет девочек и оплаты их услуг. - Вряд ли он платит им много. При его скупости они довольствуются не многим, - заключила Рая. - Если даже приличную зарплату заместителя директора завода по экономике разделить на четверых, каждой достанется не много.

 Мне стало жаль этих девочек и Кузнецова, который не ворует и держит их в скромном достатке.

 Рая закупила красную рыбу для бутербродов. По каким-то соображениям в Минске считают, что я, может быть потому, что ходил в моря, умею солить красную рыбу. Раина невестка, когда выдавала свою дочь замуж, принесла мне килограмма три такой рыбы и попросила засолить. Не будешь же отказывать. На ее глазах я уложил рыбу в кастрюлю из нержавейки, развел в трехлитровой банке соль, на глаз, и залил рассол в кастрюлю. Добавил перца в горошке и немного сахару. Все были удивлены таким простым решением проблемы. Рыба удалась.

  Веня говорил мне, что если подсчитать расходы на проведение юбилея, выгоднее будет собрать деньги и вывезти меня в Калининград, чем всем ехать в Минск. Кроме того, где разместить гостей? Проблема все-таки решалась, другие родственники могут разобрать людей по своим квартирам, как это делается на свадьбах, но в результате приехала только Люся и привезла подарки от всех, за что я всем очень благодарен. Илюша еще раньше, проездом через Минск, а я подскакивал к нему в Орше, передал мне свои подарки с указанием вскрыть пакет непосредственно в день рождения. Хотел вскрыть его пораньше, но, видя осуждающие взгляды Раи и детей, отложил до утра 17 июня. Термос  и полностью металлическая шариковая ручка. Писательские символы. Такую ручку я хотел заказать токарю на каком-нибудь нашем подведомственном предприятии. Из бронзы или латуни, и отполировать под золото. Рад, что не пришлось возиться. Мечта у меня в руках.

С Люсей все просто. Она жила у нас, и мы устроили ей насыщенную программу пребывания в Минске. Четыре похода в театры, посещение главных храмов и магазинов, экскурсии по городу, встречи с другими родственниками. Для нее это была возможность вырваться из привычных обыденных условий жизни. И конечно она помогла в организации стола. Поскольку Рая в качестве наказания до минимума сократила свое участие в подготовке юбилея, я, рассчитывая на собственные силы и силы Люси, пригласил только своих друзей. В Минске у меня, как я говорил Рае, только один друг – Слава Августинович, другие друзья, как поется в песне, «разбросаны по городам», и странам, на что жена Виктора Чернышова говорила, что и одного друга достаточно. Другой друг Володя Зебальд, «родом из отрочества», недавно поселился в Белоруссии, выехал из Северодвинска.

Раиным родственникам я не звонил, а когда в день встречи к нам зашел Раин брат, чтобы сделать укол, я пригласил его за стол, а шурин отказался. У Раи на глазах чуть слезы не навернулись. – Не печалься, Рая, - сказала Люся, - успеете еще отметить Вовкин юбилей. Мне нравятся также твои слова, Василий, когда ты говоришь, что юбилей можно отмечать целый год. Я высоко оценил поддержку своей сестры. А про Раю подумал, что она сама виновата. Христос учил нас прощать. Я помню, как она упрекала меня в том, что своих детей я люблю меньше, чем чужих. Хотя речь шла всего лишь об одном еврейском мальчике. – Вы знаете, что ваш ребенок гениален? – спросил я у его отца, главного инженера дорожно-строительного предприятия. – Да знаю я об этом, - устало ответил инженер. – А что толку? Кому он такой нужен? Придется ехать в Израиль.

Ребенок прочитал все детские энциклопедии, все понял и запомнил, а теперь от нечего делать читал художественную литературу, по 400 страниц в день, без всякого напряжения. Как-то вместе с нашими детьми мы смотрели английский сериал про капитана Шарпа. Англичане, пытаясь выбить из Испании наполеоновские войска, ведут бои с французами и посланными туда поляками. Испанцы бьют и первых, и вторых, и третьих. Генерал Веллингтон предпринимает героические усилия, чтобы отбить у басков попавших к ним дезертиров. Баски зверски истязают дезертиров, так что они горько сожалеют о своем бегстве от Веллингтона. Мне хотелось узнать, следит ли пятиклассник Гриша за событиями фильма. – Зачем Веллингтону нужно спасать дезертиров, терять в боях своих людей? – спросил я у Гриши. – Пусть негодяи мучаются.

На что Гриша, улыбнувшись, ответил: «Чтобы повесить их». Он понимал все, происходящее в фильме. Гриша перешел в шестой класс и уехал с отцом в Израиль. Мать и сестра выехали через два года. Очень быстро стал лучшим учеником в школе, а потом блестяще закончил израильский университет по компьютерному железу. Говорит на четырех языках, а недавно приезжал в Питер в составе израильской делегации от клубов КВН. Я не сомневаюсь, что когда-нибудь он прославит Беларусь, как это сделали многие выходцы. При том условии, что не будет работать на военно-промышленный комплекс, тогда его, как это делается у нас, засекретят. В наших газетах публикуют обширные материалы о великих соотечественниках, и это меня радует. Так что можно говорить о гениальности и в задатках. В одной юмористической газете я прочитал следующее: почему-то у некоторых женщин рождаются гениальные дети от мужей-идиотов.

Утром я встретил Володю Зебальда с электрички из Барановичей и повез его в мастерскую Августиновича, смотреть заказанную картину. Его жена приболела и осталась дома. Володя картину одобрил. Прогулялись по Минску. За столом Володя произнес проникновенную речь, так что никто не сомневался, что он настоящий пастор, другие участники поддержали его. Жена Августиновича тоже выступила с пожеланиями, среди которых я почувствовал ее сложное отношение ко мне в связи с последними событиями. Я поблагодарил ее и заметил, что художники правильно поступают, когда женятся на красивых женщинах, это очень выгодно, не надо тратиться на натурщицу, если вдруг захочется создать образ прекрасной женщины. И привел пример из жизни художника из Речицы Исачева, которого стали почитать во всем мире. Наташа родом тоже из Речицы.

Назавтра Рая заметила, что только Августинович не произнес речь, наверное обиделся за то, что я оставил его у Кузнецова. Мы в ответе за тех, кому наливаем. Но я ответил Рае, что за Августиновича хорошую речь произнесла его жена, а таланты Августиновича не в словах, а в художественном отражении действительности.

Начали в 14 часов, а в 19 часов я поехал на вокзал провожать в Барановичи Зебальда. Пили мало, напуганные последними событиями, Зебальд – только вино. Бутылку калининградской водки, подарок от Тихомирова, я допил, когда мыл посуду. В общем, мой 60-летний юбилей прошел хорошо, я доволен. Я думаю, что мне надо благодарить Бога за все, что он дал мне: позволил прожить более 58 лет, средняя продолжительность жизни мужчин в наших странах, я относительно здоров, получил образование, у меня есть работа, Родина, были заботливые родители, есть семья, хорошие дети, родные братья и сестры, которых я люблю и уважаю, есть хорошие друзья, и я чувствую их доброе отношение к себе, я сделал книгу, вынашиваю планы и так далее. На работе, в командировке, предстоит встреча с сотрудниками.

30 июня я вышел на работу, чтобы закрыть месяц и получить из рук начальника лаборатории в торжественной обстановке Почетную грамоту, к которой полагается премия, долларов в 200. Из этой суммы надо будет потратить часть денег на угощение сотрудников. В качестве подарка они уже собрали долларов 80, а к ним приложили подарочный вариант хорошей водки под названием «Бульбаш» с тремя рюмками в одной коробке. По этому поводу Зебальд, прощаясь, сказал, что пора заканчивать с юбилеями и надо ехать к нему на дачу.

Ехать было не на чем. Моя машина в полуразобранном состоянии, а у Августиновича в порядке, но не пройден техосмотр. Слава купил девятку «Жигули» еще в сентябре 2006 года, из аванса на роспись зала в одном коттедже, но до нее все руки не доходили. Права он успел получить, но необходимого опыта  вождения еще нет. Мы планировали взять с собой этюдники и все прочее для работы художника, а я намеревался написать какой-нибудь рассказ и надеялся на свой ноутбук. Без машины  никак нельзя. С нами планировался и сын Августиновича Андрей, которому судьба готовит роль художника, но Слава хочет направить его в архитектуру. 23 и 24 июня потратили на техосмотр, с некоторыми проблемами, на нервах, прошли техосмотр, а 25 утром начали выезжать. Выехали только в 14-30. Захватили с собой художника Витю Васюкевича, которого надо было доставить в его родную деревню за Новогрудком, древней столицы Великого княжества Литовского. Как-то месяца два назад я встретил Васюкевича около библиотеки на улице Московской, он организовывал там свою выставку. Мы со Славой помогли ему развешивать картины, а я еще написал ему представление, чтобы зрители знали, с кем имеют дело. Васюкевич сказал, что недавно он продал одному европейскому коллекционеру, у которого денег не меряно,  25 своих картин оптом, по десять тысяч евро за штуку, итого на 250 тысяч, с чем я его и поздравил. Присмотрел он себе особнячок на улице Прилукской за 100 000 евро и договорился с владельцем. Собирается всю старую мебель выбросить на свалку, так как в ней заключена тяжелая отрицательная энергетика, и купить все новое. Просил передать это сообщение Кузнецову. Как потом оказалось, для того, чтобы он «лопнул от зависти». Я поговорил об этом с Августиновичем, и он сказал, что все это «туфта», типа розыгрыша. Я пожалел Кузнецова и ничего ему не сказал, вдруг и на самом деле его сердце не выдержит. Я считаю, что шутка должна быть доброй.

В этот раз он обещал нам показать ружье времен 1812 года с дарственной надписью какому-то русскому генералу чуть ли не от самого Кутузова. Это ружье его деревенский владелец хочет продать. Заранее скажу, что ружья мы так и не увидели, зато увидели родного брата Васюкевича, который через шесть лет пьянства в Минске наконец-то добрался до родного дома. Сам Васюкевич пил тоже страшно, от его рассказов мороз по коже, но я не буду об этом рассказывать, чтобы письмо не оказалось перегруженным этой проблемой. Сейчас он уже много лет  совсем не пьет, но напряжение в нем осталось. По этом поводу Веня говорил мне, что понемногу выпивать надо, иначе не справиться с внутренним напряжением.

Вести машину пришлось мне. «Девятку» Славе продал один академик, 70 лет, который по свойственной академикам рассеянности не поставил свою машину на скорость и ручной тормоз, она самопроизвольно покатилась и врезалась в стоящую рядом машину ГАИ. Милиция, привыкшая гоняться за нарушителями правил дорожного движения, была поражена такой наглостью. Нарушитель сам шел к ним в руки, да еще с поличным. В результате долгих разборок и ремонтов двух машин академик сказал, что больше он за руль машины не сядет. Я предполагаю, еще и потому, что у него отобрали водительское удостоверение. У академика есть два сына, старший – хороший, уверенно идет по стопам своего отца, а младший никуда не годится. Старшему ездить на такой машине не престижно, а младшему нельзя доверить. Он хоть и плохой, но все равно его будет жалко, если он на ней разобъется. Так машина и досталась Августиновичу. Машина не плохая, я бы сказал даже, что хорошая, только на скорости 90 км в час чувствуется некоторая вибрация, которая передается на руль. Возможно, что не отбалансированы передние колеса.

Я звонил Зебальду, что мы выехали, и он говорил, что часа через полтора мы будем у него, ехать всего километров 150, но мы прибыли на место через пять часов, к восьми часам вечера. Уже через полчаса движения моя поясница и спина стали разламываться от болей. В моей машине за 27 лет эксплуатации сиденье водителя провалилось и приобрело форму, соответствующую нижней части моего тела, академик же сделать подобное со своей машиной не успел. – Никакой эргономики, - говорил Слава. Впечатление такое, как будто едешь в электричке или дизеле на деревянном сиденье. Занимаясь своей машиной и вспоминая эту поездку, я думаю о советском техническом уровне. Ну ладно, ничего мы не сделали для дома, для людей, не создали свой легковой автомобиль, но уж кресло водителя можно было сделать. Потом я посидел в «Мерседесе» Зебальда, и боли стали стихать. Воистину лечебное кресло в «Мерседесе»! Августиновичу автомобиль нужен для поездок на раскопки. Металлодетектор нового поколения, стоимостью, превосходящей стоимость автомобиля, был при нас. С помощью старого металлодетектора, который остается на нашем вооружении, однажды в Витебской области мы нашли два немецких штык-ножа в хорошей сохранности. Я показал тогда на, как мне показалось, бывшую муравьиную кучу, а Слава, на глазах изумленного сына извлек из нее эти штыки. У коллекционеров они стоят немалые деньги.

К сожалению, в этот раз наши поиски не дали результата. Лично меня раскопки не очень привлекают. Я их боюсь. После второго курса техникума на летних каникулах я спаял простейший металлодетектор и только собрал команду, чтобы идти на Горелые сопки, как в этот же вечер с этих сопок принесли подростка с пробитыми осколками ногами. К счастью, кости не были повреждены. Я воспринял это событие как знак свыше, и отменил поход. А потом разобрал устройство на детали для других целей. С настоящими миноискателями я познакомился в армии, наша рота вывезла со складов два самосвала элементов питания. Мы выковыривали их из миноискателей, которые были залиты щелочью и уже не работали. Тысячи таких важных в военном деле устройств были выведены из строя. Но были возвращены на склад как исправные. Мне думается, что такое было не только с миноискателями.  Металлодетекторы новых поколений имеют встроенный компьютер, анализируют сигнал по многим параметрам, имеют много всяких настроек и программ обработки сигнала. Боюсь, что для нас они слишком сложны. И мне не хочется вникать в них. Я в мобильном телефоне уже не могу разобраться, куда там металлодетектор. Но Слава и Андрей полны решимости освоить этот прибор.

У Зебальда мне сразу же по прибытию захотелось выпить, снять усталость и боли, я достал первую бутылку водки, которую мы и распили, пока готовились шашлыки. Не буду говорить, сколько мы выпили, но в дело пошел и местный самогон, пятикратно очищенный самим Зебальдом. Утром мы решили водку больше не пить, а ограничиться пивом к мясу. И строго следовали своему решению.

На этой даче я уже был два раза, во время предыдущих встреч с Зебальдом. Прежняя хозяйка рада была, что нашелся покупатель, и спешила оформить сделку, так как сумма не малая, и найти любителя на такую покупку не просто. А потом тянула дело, вопреки договору вывозила свои вещи, а заодно и вещи Володи. Даже бетонные плиты вывезла. Потом уже Зебальд услышал отзывы о ней со стороны местных жителей. Баню ей строили по принуждению местные жители, бесплатно, под угрозой сдачи их в милицию. Некий вариант рабского труда. Грешков у всех хватает. Потом эти жители сами воровали у Володи вещи, в частности алюминиевый молочный бидон для воды из бани. И вообще, его за его жизнь обворовывали 18 раз. Один раз подростки заходят к нему в гараж, еще в Северодвинске, и говорят: - Дядя Володя, разрешите послушать вашу музыку. А Зебальд и рад: - Слушайте, ребята!  - А колонки у него самого высокого класса. После работы, когда он занимался ремонтом автомобилей, выпьет сто грамм, сядет в кресло и балдеет. Чего еще нужно от жизни, кроме хорошей музыки! Эти же ребята взломали стену в гараже и вынесли аппаратуру. Милиция воровским способом угоняла его катер, самый быстроходный в дельте Северной Двины. Но Володя вычислял воров. Не всё, но катер тогда удалось вернуть.

Общение с Зебальдом мне очень интересно. После университета я мог бы вернуться в Северодвинск и прожить жизнь там, подобно Володе. Может быть, я бы уже умер от пьянства, как это случилось со многими нашими однокурсниками. Или погиб на атомной подводной лодке.

По окончании университета я полетел в Северодвинск и встретился с директором техникума, уже другим. Он обещал предоставить мне работу преподавателя и жилье в общежитии. Но тогда все так начинали. В техникуме работали выпускники лучших вузов страны, из МИФИ и даже Физтеха. Директор говорил, что если ты пройдешь в качестве преподавателя несколько учебных курсов, на заводе будешь незаменимым специалистом. У нас уже есть такой. Завод просит еще. Только давай. И от армии обещал освободить. В это время в техникуме была военная кафедра. Но моя первая жена Соня и слушать об этом не хотела. Не говоря уже о теще. Какой Север, Володя! Побойся Бога! Сонечка там не выдержит. В наше время директором был отец Володи. Я помню его. Это был жизнерадостный, веселый и по всему видать очень умный человек. Когда-то был редактором местной газеты «Сталинец», разумеется, до разоблачения Сталина. Объединил строительный и судостроительный техникумы в политехнический, строил корпуса и жилые дома для преподавателей, интересовался группой, в которой учился его сын. Я был хорошим учащимся, и всегда был рад, когда он говорил со мной в коридорах. Я любил этот техникум и с удовольствием бы работал в нем. А потом, вполне возможно, перешел бы на завод и строил атомные подводные лодки.

Володя не такой уж настоящий немец. Его бабушка по отцу полька по фамилии Ганцевская, и где-то рядом, в деревне Ганцевичи, находится ее родовое гнездо, которое Володя собирается посетить. А в Великом Устюге остались пивоваренные заводы, некогда принадлежавшие семье отца Зебальда. Мать у Володи – русская женщина из Архангельска, а жена – тоже русская из Кировской области. Так что, когда объявляют выступление сына Зебальда: «Выступает русский богатырь Сергей Зебальд», юмор только в фамилии, все остальное - правда. Сергей Зебальд готовится к мировому чемпионату по боди-билдингу в Бахрейне, будет представлять Россию, поскольку другие претенденты не рискуют идти на допингконтроль. Сам Володя Зебальд в молодости прошел через увлечение культуризмом и сейчас сохраняет хорошую фигуру. Кожа немного подвисает, так как мускулатура значительно уменьшилась, да и возраст сказывается, но в целом видно, что это спортивный человек. Никакого живота у него никогда не было. На поджарой фигуре виден мощный брюшной пресс. На веранде дачи у него оформлен спортивный зал с тренажером и штангами.

Несмотря на серьезность наших намерений в отношении спиртных напитков, мы совершили еще одно преступление против семьи. В данном случае пострадал сын Августиновича Андрей. На третий день нашего пребывания, часов в пять вечера, наевшись шашлыков и напившись пива, мы не могли устоять на ногах и повалились спать. Андрей остался у мангала и продолжал готовить шашлыки. Я находился под впечатлением рассказа Зебальда о том, как он, в походе на атомной подводной лодке, однажды во время всплытия, с группой товарищей вышел на свежий воздух покурить. Увлекшись видом сурового моря, он и не заметил, что остался один. Бросился к люку и услышал, как матрос снизу, изнутри, задраивает его. Принялся стучать в люк. Во время томительного ожидания, а люди, видимо подсчитывали, все ли на месте, а Володя в состав команды не входил, а был представителем завода, он уже распрощался с жизнью и готовился принять смерть в холодных морских водах. Прошло много томительных минут, пока люк не открылся, и из него не вылез перепуганный матрос. Человека забыли!

Я всегда знал, что на подводных лодках необходимо задраивать люки между отсеками. Если в какой-либо части лодки случится авария, и люди погибнут там, то при сохранении электрообеспечения, оставшимися людьми можно произвести старт ракетами с ядерными боеголовками по нашему врагу, или по своим, если в результате аварии произойдет сбой в системах наведения. Погибнем вместе, но выполним нашу боевую задачу.

Помня о люках, я закрыл входную металлическую дверь дачи на крутящийся замок и завалился спать на первом этаже. Зебальд лежал тоже на первом этаже, а Слава поднялся на второй. Во время мелкого дождя хорошо спится, но мой сон время от времени нарушало какое-то поскребывание в окне, по стеклу. Наверное, кот Барсик, которого прикармливает Володя. Поскребывание возобновлялось несколько раз с интервалом в полчаса. Я не выдержал и вышел из дома. Скребся мокрый Андрей. Я впустил его в дом. Если бы наши жены узнали, как мы поступили с ребенком, они бы нас убили. Надеюсь, что это событие останется тайной для них.

Все это тем более обидно, что Андрей хорошо ко мне относится, слушает мои рассказы и даже просит: - Владимир Васильевич, расскажите еще что-нибудь.

Мне он доверяет, и как-то признался, что твердо решил никогда не пить и не курить. Я поддержал его в его серьезных намерениях: - Я очень верю в это, Андрей. Ты не смотри на нас. Мы люди своего времени. Мы страдали от идеологической лжи и духовного вакуума и заполняли его не тем, чем нужно. Служение великим целям, желание самосовершенствоваться было лишь нашей мечтой, в то время как у тебя есть все возможности добиться поставленной цели. Судьба распорядилась так, что твои родители обладают художественными талантами. Сразу оба. С двух сторон. Здесь промашки не должно быть. Ты обязательно наследуешь эти таланты, а вероятнее всего они в тебе не только сложатся, но и перемножатся. Взять, к примеру, Пикассо. Ему некуда было деться от художественной среды, и как оказалось, этого и не нужно было делать. В семь лет он нарисовал голубя, который стал символом мира в многообразной символике Организации Объединенных Наций. Что может быть выше такого признания художника?

Но и наше смутное время порождало достойных людей. Мой преподаватель по теоретической физике Сергей Борисович Лебле, мало того, что он профессор, так он много лет назад полностью отказался от алкоголя и сигарет. У него есть великие цели. Вырастить дочь, которую он родил в пятьдесят лет, и написать книгу о своем понимании мировых физических проблем, к тем книгам, которые он уже написал. Александр Андреевич Намгаладзе, человек величайшей работоспособности, занимает несколько ответственных должностей в науке, реализует себя сразу во многих направлениях, можно сказать, многомерный человек, оставляет нашим потомкам живое свидетельство в виде своих подробных записок о нашем существовании. Мой однокурсник и друг Василий Слежкин за всю жизнь ни разу не был в отпуске. Лето для него – пора серьезных научных исследований, когда никакие лекции не отвлекают его от главного дела: изучения физико-химических свойств вещества нашей Вселенной. В молодости на велосипеде он объехал половину России, а в пятьдесят лет занимал первые места  на марафонских дистанциях. Для него подтянуться на перекладине двадцать раз ничего не стоит. Он даже не принимает это за серьезное упражнение. Так, между прочим, пока варится овсяная каша.