27 мая 1921
Коммунизм вступает в решительную борьбу с религией. Сегодня я прочел в "Правде" статью "Коммунизм и религиозные обряды" ("Правда", 15 мая, 1921, No104).
1. Кое-где на местах со стороны иногда даже очень ответственных партийных товарищей наблюдаются случаи участия их в религиозных церемониях и обрядах. В силу бытовых традиций или в угоду несознательным женщинам, усвоившим на свое супружество узко мещанский взгляд, кое-где малосознательные коммунисты венчаются по церковному обряду, совершают крещение своих детей или же присутствуют за таковыми в качестве "кумовей" или "крестных отцов". Нередки на местах случаи участия партийных товарищей в религиозной церемонии похорон, причем, присутствуя в церкви, эти товарищи выполняют разного рода магические манипуляции, как-то: коленопреклонение, держание свечи и т. д. Известны случаи, когда даже в центрах для своих "религиозных" поездок т.т. пользуются советскими моторами, лошадьми и т. д. (пример: опубликованная в моск[овской] прессе и бывшая предметом разбирательства моск[овского] Ревтрибунала история свадьбы некоего комиссара Исаева).
2. Сов[етская] власть не имеет намерения насильственным путем заставлять {Так в тексте.} кого бы то ни было от услуг профессиональных затемнителей классового сознания, какими исторически являются служители всех религий. Но коммунист[ическая] партия в целом от своих ответственных членов вправе и обязана требовать, чтобы они не только не принимали участия в религиозных церемониях и обрядах, но путем выяснения исторических условий возникновения... религии обнажали бы корни последней и стремились бы к полному преодолению религиозных суеверий...
3. Самой программой партии каждый ее член обязывается вести широкую... антирелигиозную пропаганду... Он прямо и открыто должен признавать... что религия и научный коммунизм абсолютно несовместимы... как точное знание и, напр[имер], колдовство...
4. Член Р.К.П., верующий в какое-нибудь сверхъестеств[енное] существо или позволяющий производить над собою какие бы то ни было магические манипуляции, "...является или членом, не вполне усвоившим учение нашей партии, или же ренегатом... во всяком случае и в первую же очередь должен быть признан абсолютно непригодным для руководства политикой и работой партии".
5. Каких-либо формальных директив в виде инструкций... о мерах борьбы с вышеуказанным нездоровым явлением в партии пока нет. В местах наблюдается чересполосица (sic) и самые разнообразные решения этого вопроса. Директивы на места необходимо дать... Решение вопроса должно быть иное для членов партии, занимающих ответственные посты, получивших либо высшее, либо среднее образование... и иное для рядовых членов партии, не получивших в царской России достаточного образования, ни развития. Если при вступлении рядовых трудящихся элементов мы до поры до времени можем игнорировать религиозный вопрос, так [как] отлично знаем, что рабочий класс признал полную свою несолидарность с учениями существующих церквей, а также полную непригодность всех религиозных учений и теорий в строительстве современной жизни... а рядовой крестьянин, не освободившийся в достаточной [степени] от прежнего непонимания и рабской православной морали еще очень нуждается в выяснении во всем его объеме религиозного вопроса... (с сообщением естественных и исторических знаний)... то, однако, игнорирование данного вопроса в отношении ответственных партийных работников, по которым равняются не только рядовые товарищи коммунисты, но и обывательская среда, совершенно недопустимо.
6. Участие ответств[енных] партийных работников в религиозных обрядах... дискредитирует в массах населения всю партию... якобы коммунизм в его целом признает религию и ее служителей.
7. Итак, участие... коммунистов в религиозных церемониях и обрядах должно рассматриваться как серьезное с их стороны нарушение партийной программы... Ответственных работников с религиозной слабостию необходимо, в зависимости от обстоят[ельств] дела, или вовсе исключать из партии, или передавать на известные сроки в число кандидатов с обязательством пройти районную партийную школу, и тотчас же, "не тая греха", тотчас же снимать их с ответственных постов, объявляя о сем во всеобщее сведение.
8. Необходимо обратить серьезное внимание на марксистское строго научное освещение религиозного вопроса в целом в партийных собраниях. Ячейки на своих собраниях обязаны ставить вопрос: "Может ли коммунист участвовать в религиозных церемониях и обрядах?" Агитац[ионным] же отделом Ц.К. на эту тему должна быть издана популярная листовка для распространения в особенности в деревнях среди членов партии и кандидатов из крестьян".
Под этим произведением стоит подпись: Мих. Галкин (Горев). Я не знаю, кто такой этот Галкин-Горев, но напечатание его заявления в официальной коммунистической газете означает, во всяком случае, объявление решительной войны религиям со стороны коммунизма. Я считаю это большой ошибкой. Во 1-х, я считаю, что дело религий еще не покончено. Поверхностный материализм (а с таким только материализмом мы имеем теперь дело) уже теперь обнаруживает всю свою поверхностность. Мир, как сложенный из атомов-кирпичиков, своими физическими свойствами определяющих мироздание, уже теперь, когда самый атом уходит в бесконечность, -- открывает в свою очередь такую же бесконечность для пытливого человеческого ума, и мироздание опять превращается в тайну. Это, конечно, далеко не та мистическая религия, допускающая чудеса и волхвования, но все-таки это опять... бесконечность. Я когда-то, лет 15 назад, был очень занят этой тайной, и меня влекли в нее следующие соображения: наука разрушила представление об атоме-кирпичике и раскрывает все более учение об атоме-бесконечности. На этой почве жизнь опять предстоит в качестве бесконечных возможностей. Я думаю вернуться к этому предмету, но сейчас у меня другие работы. Я когда-то (давно!) развивал в этом направлении целую стройную теорию. Михайловский, выслушав ее, сказал, что все это возможно, но его не интересует. Ник. Фед. Анненский отнесся к моей теории с необыкновенной и притом враждебной страстностию. Он уже остановился на своем материализме и не хотел с него сдвинуться. Однажды я целый вечер развивал свою теорию в присутствии неск[ольких] профессоров, и один из [них], выслушав, сказал, что его она заинтересовала и (на мой вопрос) ответил, что ничего абсурдного с научной точки зрения в ней не видит.